Книга Гимлеон. Интоксикация, страница 51 – Реа Мар

— Что-то не так? — спрашиваю, стараясь не показывать волнения.

Она пожимает плечами, нажимая на несколько кнопок. Сглотнув, я украдкой смотрю на её устройство. На экране горит окно с надписью «Ошибка».

— Хм… А кто занимается твоим, эмм… общим лечением?

— Отец, — едва слышно отвечаю, откашливаюсь и добавляю: — Ганс Вендель.

Она отрывает взгляд от планшета. Её брови слегка приподнимаются в еле заметном удивлении, но в следующее мгновение лицо вновь приобретает маску профессионального безразличия.

— Понятно, — говорит Жаклин медленно. — Хотела посмотреть твои прошлые анализы крови, уточнить пару моментов, но, видимо, не судьба. — Она делает какую-то пометку в своем планшете. — Хорошо. Тогда так. Сейчас будет несколько обычных вопросов. Отвечай коротко. Аллергия на что-нибудь есть? На медикаменты, латекс, дезинфицирующие средства?

Я мотаю головой. Жаклин наклоняется ближе, откладывая планшет на тумбочку.

— Как спишь? Снятся кошмары?

— Сплю нормально. Кошмаров нет.

— Головные боли? Головокружения? Тошнота? Что-нибудь необычное в последние дни?

Я хмурюсь. Были единичные случаи головной боли в Точке и после симуляции. Но она же спрашивает про частые боли…

— Нет.

— Понятно. Теперь смотри сюда. — Жаклин достает из ящика тумбочки небольшой фонарик и направляет его мне в глаза. — Следи за светом и не двигай головой. — Она водит лучом света из стороны в сторону, наблюдая за реакцией зрачков. — Реакция хорошая. Достаточно. Теперь…

Жаклин откладывает фонарик и надевает тонкие латексные перчатки. Из витрины извлекает шприц и ампулу с какой-то мутной белесой жидкостью. Держит её перевернутой, чтобы стекла́, и набирает нужное количество. Повернувшись ко мне, строго сводит брови.

— Действие препарата рассчитано на два часа. Повторная инъекция — строго через двадцать четыре. По истечении двух часов эффект снижается, поэтому лучше с некроформами не сталкиваться. Старайся не пораниться: маленькая капля крови — и твоей невидимости конец! В препарате содержатся вещества, которые временно маскируют твой запах, создают вуаль, снижают твою тепловую сигнатуру. То есть некроформы воспринимают тебя как часть окружающей среды. И старайся избегать резких движений и громких звуков — некроформы реагируют на вибрации. Вопросы?

— Каких именно громких звуков? — шумно сглатываю.

— Взрывов, например, — невозмутимо отвечает она, даже не моргнув глазом.

— Почему нельзя было сделать инъекцию за Стеной? Два часа — это критически мало. А я ещё даже не за её пределами.

— Здесь препарат вводят только новичкам, в данный момент — вашей группе учёных. Я обязана внести тебя в базу данных, зафиксировать факт введения препарата и отследить твою реакцию на препарат. Протокол. Готова?

Я заставляю себя кивнуть. Сердце сильно колотится, а в горле пересохло.

— Тогда освободи руку.

Машинально дёргаю молнию верхней части экипировки и обнажаю плечо. Прохладный воздух касается кожи, я ёжусь и отворачиваюсь к обшарпанной стене.

— Постарайся не дёргаться, — сухо предупреждает Жаклин.

Чувствую, как холодный проспиртованный тампон скользит по коже, подготавливая место для укола. В нос бьет резкий запах антисептика. Сглатываю и кусаю нижнюю губу. Жаклин не медлит. Резкое короткое движение — и острая боль, пронзив руку, распространяется по всему телу. Я непроизвольно стискиваю зубы, в глазах на мгновение темнеет. Жаклин быстро вынимает шприц и прикладывает к месту укола ватный диск.