Книга Попаданка в ненужную герцогиню Лилового дракона, страница 40 – Юлий Люцифер

— Я не прошу вас об этом.

— Знаю. Но мне нужно было сказать.

Дамиан кивнул.

— Я хочу узнавать вас. Женщину, которая сейчас сидит передо мной. Мне нравилось читать ваши письма. Разговаривать в Кленовом доме. И я хотел бы продолжить, если вы тоже этого хотите.

Я посмотрела на его руки. Он держал их свободно, не пытался взять мои или получить ответ раньше, чем я буду готова. Это простое ожидание оказалось для меня важнее любых красивых обещаний.

— Хочу, — сказала я. — Я скучала по вам после отъезда.

Дамиан чуть улыбнулся. Не так, как улыбался, вспоминая испорченную рыбу или свой детский корабль. В этой улыбке было облегчение, и мне стало легче признать собственное.

Я протянула руку через столик. Он посмотрел на нее, затем накрыл мои пальцы ладонью. Тепло было знакомым. Разница заключалась в том, что теперь я сама выбрала это прикосновение и он знал, кто к нему потянулся.

Мы подержались так совсем недолго. Потом я убрала руку, чтобы сложить платок, и он сразу разжал пальцы.

— Наше заявление о разводе остается, — сказала я тише. — Я не хочу делать вид, что этот разговор решает и все остальное.

— Остается, — ответил Дамиан. — Мы договорились.

Я посмотрела на него. Он не выглядел довольным напоминанием, но спорить не стал. Мне было достаточно, что он услышал.

За дверью негромко постучали. Слуга спросил, подавать ли чай, и Дамиан повернулся ко мне:

— Останетесь?

Я впервые за весь день посмотрела на часы без желания поскорее уйти.

— Да. С удовольствием.

Пока накрывали стол у другого окна, я подошла к полкам. Дамиан остался возле кресла, давая мне возможность посмотреть самой. Здесь были и путевые записи, и сборники стихов, и романы, чьи названия ничего мне не говорили.

Я провела пальцами по корешку небольшой книги. Раньше пришлось бы гадать, читала ли ее Селеста, и выбирать слова так, чтобы не выдать незнание. Теперь я просто спросила:

— Вы читали эту?

Дамиан подошел ближе, посмотрел на название.

— Давно. Насколько помню, там все начинается с письма, которое доставили не по тому адресу.

— И дальше люди очень долго не могут объясниться?

— Почти до конца. Я тогда все ждал, что кто-нибудь наконец задаст прямой вопрос.

Я улыбнулась и вынула книгу.

— Значит, посмотрю другую. Сегодня мне достаточно сложных объяснений.

Я вернула книгу на полку. Он тоже улыбнулся, но не стал перебирать тома за меня. Я просмотрела несколько названий, нашла короткие рассказы и раскрыла один на первой странице.

Выбрав книгу, я вернулась к столу.

Чай пах свежо и терпко. Я взяла чашку, отхлебнула и только тогда поняла, как пересохло в горле за время разговора.

Дамиан сел напротив. На столике возле прежнего кресла все еще лежала моя сумочка с письмами. Я видела ее краем глаза и знала, что увезу с собой. Ничего не требовалось забывать или выбрасывать, чтобы остаться здесь еще на полчаса.

— Я думал о вашем рассказе про работу, — сказал он. — О концертах, которые вы устраивали, о людях, с которыми столько лет жили рядом.

Я поставила чашку.

— Вам что-то было непонятно?

— Многое. Но сейчас я хотел спросить о другом. Что вы сами любили в той жизни, Селеста? Когда заканчивались дела и можно было выбрать, чем заняться.

Я не сразу ответила.

Вспомнила знакомый кинотеатр, куда иногда заходила после работы. Подругу, с которой мы могли просидеть на кухне до полуночи. Дорогу к реке, куда я выбиралась по выходным, если не находилось срочного дела. Все это продолжало существовать в моей памяти, хотя здесь о нем никто не знал.