Книга Попаданка в ненужную герцогиню Лилового дракона, страница 6 – Юлий Люцифер

— У него задержались гости. Потом вы сказали убрать свечи.

Я опустилась на стул. Полчаса, несколько свечей, разученная пьеса. Селеста просила совсем немного.

Я представила женщину, которая сидела на этом же стуле и выбирала, как начать записку. Слишком теплое обращение казалось ей неловким, слишком сухое не годилось для мужа. В конце она просто написала его имя. Я не знала, действительно ли все происходило именно так, но от этой мысли стало больно.

— Это черновик? — спросила я.

— Да. Саму записку вы отправили утром. Ответ принесли после ужина.

Марта выдвинула небольшой боковой ящик и достала сложенный лист. Я узнала ровный наклон букв: такой же видела вчера под заявлением.

Дамиан сообщал, что занят, и просил не ждать. Вежливо, без раздражения. Обещания выбрать другой вечер там не было.

Я сложила оба листа вместе.

— Ноты тоже возьмем, — сказала я. — И эти письма. Только заверните отдельно, чтобы не потерялись среди счетов.

Марта не ответила. Принесла чистую бумагу, и мы вдвоем убрали папку в небольшую коробку. Я придерживала крышку, пока она обвязывала ее бечевкой. Нам обеим было о чем помолчать, хотя причины у нас были разными.

Оставшись одна, я открыла инструмент возле окна, попыталась подобрать простую мелодию и сбилась. От прежней Селесты мне достались лицо, имя и привычка руки легко выводить подпись. Музыка оставалась ее собственным трудом. Нельзя было открыть папку и получить вместе с нотами все часы, которые она провела у инструмента.

Впервые мне стало жаль не только себя. Где-то закончилась жизнь женщины, которую Марта помнила ребенком, а Дамиан так толком и не узнал. Я не могла вернуть ей ни пропущенный вечер, ни эти два года. Но хотя бы ее вещи не должны были остаться здесь как ненужный остаток брака.

К обеду доставили записку от Юстины. По дому не было ни залога, ни долгов, препятствовавших пользованию. Она получила необходимые подтверждения и велела передать, что я могу заехать за документами после осмотра. Сведения о денежном счете еще готовили.

После обеда я вышла ненадолго в сад. Садовник катил тележку к дальним клумбам, двое мужчин спешили к служебному крылу. Я гуляла без дела и чувствовала себя лишней среди людей, которые точно знали, куда идут.

На повороте дорожки встретился Дамиан. Он шел со своим секретарем; увидев меня, остановился, а спутнику велел отнести бумаги в кабинет.

— Вам лучше?

— Сегодня голова почти не болит. Завтра поеду смотреть дом.

— Мне передали, что за ним следят хорошо. Я распорядился, чтобы к вашему приезду открыли комнаты.

Я поблагодарила его. Он некоторое время стоял рядом, глядя на дорожку впереди, словно разговор уже закончился, но уходить было неловко.

— Вы берете инструмент? — спросил он наконец.

Я посмотрела на него.

— Пока нет. Нужно понять, куда его поставить.

— Поручите перевозку моим людям. Такие вещи легко повредить.

У меня перед глазами снова оказалась карточка с приглашением. Захотелось спросить, трудно ли ему было найти для жены полчаса. Но я боялась, что Дамиан примет этот вопрос за попытку сохранить наш брак.

— Я пока возьму ноты, — ответила я.

Он кивнул.

— Вы много занимались в первый год.

— Марта сказала, что я разучивала для вас пьесу.

Дамиан опустил глаза на мои руки. Я не знала, вспомнил ли он тот вечер или просто заметил, как я сжала пальцы.