Книга Попаданка в жену Черного дракона. Развод уже подписан, страница 80 – Виолетта Вейл

Писец подвинул заверенную копию. Мой оригинал сверили с реестром Норвена и вернули мне по описи.

Дарвен впервые заговорил сам:

— Соглашение заключалось при определенных обстоятельствах. Моя бывшая жена скрыла цель, с которой добивалась передачи судна.

Я повернулась к нему. Его голос был негромким и ровным. С таким голосом можно было объяснять гостю, почему ужин подадут позже.

Дарвена попросили назвать условие договора, позволявшее отозвать исполненную передачу.

Представитель Дарвена начал отвечать. Его попросили указать строку.

Строки не было.

— Развод уже подписан, — сказала я, когда мне снова дали слово. — Передачу исполнили. Я не давала согласия возвращать корабль и не давала никому права распоряжаться им после этого.

На этот раз голос не дрогнул.

На обратном пути я коснулась руки Ардена и села рядом с Неллой.

Нелла рассказала о веревках, запертой двери, записке госпожи. Говоря о Лиоре до выхода из Норвена, она выбирала слова медленно. Для остальных это, наверное, выглядело осторожностью свидетеля.

Четыре скопированных листа рассмотрели отдельно. Почерк сверяли по другим бумагам Лиоры, содержание — по поступившим записям арсенала. Я не выдавала себя за очевидца того, как их переписывали.

Совпали выдачи продуктов, перевязочной ткани, перевод содержания на «Вольную». В оригиналах сохранились отметки служащих. По остальным строкам проверка продолжалась.

Селма предъявила чашку и записи о лечении. На вопрос, могла ли назвать человека, давшего мне лекарство, ответила:

— Я увидела ее после пробуждения. Действие вещества можно сопоставить с состоянием больной. Чужую руку у чашки я не видела.

Аптечную запись сравнили с выдачей слуге арсенала и оплатой Норрела. Затем перешли к добавочным деньгам Роуту перед отходом.

Самого Роута ввели под охраной. Он сильно осунулся, но шрам на подбородке я узнала сразу.

Он подтвердил, что знал о затоплении. Рассказал о приказе держать каюту Лиоры запертой, пока он с охранниками не уйдет. Когда его спросили, кто именно отдавал приказ, назвал Дарвена и добавил, что слышал его лично.

Дарвен слегка откинулся на стуле.

— Человек пытается облегчить собственную участь, — сказал его представитель.

— Это учитывается, — ответила Инга. — Поэтому перед нами лежат не только его слова.

Сумму, место и день выплаты он назвал еще до ответа расчетной конторы. Теперь сведения совпали с ее книгой. Обычная плата капитану шла по другой строке; дополнительную выдачу Роут связал с приказом.

Он начал говорить, что часть людей могла спастись.

Йорен поднял голову. Нелла вцепилась пальцами в край скамьи.

— Вы оставили их запертыми? — спросил член комиссии, сидевший слева от Инги.

Роут замолчал.

— Ответьте.

— Да.

Писец записал это слово. Я слышала, как скрипело перо.

Во время перерыва нас вывели в соседнюю комнату. Я выпила воды и поняла, что голодна. Нелла достала хлеб, завернутый Агной утром. Мы ели стоя у подоконника, роняя крошки на блюдце.

Арден держал свой кусок и не откусывал.

— Тебе нужно поесть, — сказала я.

Он посмотрел на хлеб, словно забыл о нем, и отломил немного.

— Я семь лет представлял, как он будет отвечать. Думал, услышу, что ему страшно.

Я вспомнила ровный голос Дарвена. Меня саму от него тошнило. Я поправила обертку в руке Ардена, чтобы крошки не падали на одежду, и осталась рядом.