Книга Я приручила безумного Генерала, страница 86 – Аматариэль Джулианна Кортес

Я не спала, точила свой кинжал, которым когда-то хотела убить себя. Завтра он может пригодиться. Не для меня, а для врага.

Я — Ён Бора. Я приручила безумного генерала, захватила трон. И я не отдам этот мир какому-то выскочке с факелом. Пусть горит всё. Мы восстанем из пепла.

Долина Красных Скал оправдывала свое название еще до того, как пролилась первая кровь.

Это было узкое, извилистое ущелье, зажатое между отвесными стенами из песчаника цвета ржавчины. Ветер здесь выл, проносясь сквозь каменные трубы и поднимая тучи рыжей пыли. Идеальное место для засады. И ужасное место для сражения.

Я стояла на холме, глядя вниз. Моя армия из имперских полков в сияющих доспехах и моих монстров в костяной броне выстроилась в боевой порядок «Черепаха». Щиты сомкнуты, копья выставлены. В центре — тяжелая пехота троллей с дубинами, на флангах — кавалерия генерала Пака.

Воздух дрожал от жара, хотя солнце еще едва коснулось горизонта. Это был не естественный жар. С юга, со стороны перевала, надвигалась стена марева. Там, в дымке, маршировала армия Империи Красного Лотоса.

— Их много, — пробормотал генерал Пак, стоящий рядом. Он потел, и пот этот был холодным от страха. — Шестьдесят тысяч? Леди Ён, разведка ошиблась. Их не меньше восьмидесяти.

Я посмотрела в подзорную трубу, трофей из кабинета Кан Муёля. Пак был прав, долина была забита красными мундирами, как вена — кровью, но пугало не количество пехоты…

В авангарде врага шагали гиганты, огненные Големы, шестиметровые конструкции из черного камня и лавы. Внутри их грудных клеток пылал живой огонь. Они шли медленно, каждый их шаг сотрясал землю. Их было двадцать. Двадцать ходячих осадных машин, против которых обычные стрелы были бесполезны.

— Маги Башни Слоновой Кости готовы? — спросила я, не отрывая взгляда от големов.

— Да, Регент, — отозвался Пак. — Они создали ледяной барьер. Но… против Истинного Пламени Игниса…

— У нас нет выбора, — произнесла я. — Уджин?

— Я здесь.

Тень за моей спиной сгустилась и Уджин вышел на свет. Он был спокоен. Его черные доспехи поглощали солнечные лучи. Рука лежала на рукояти меча расслабленно. Мужчина смотрел не на големов, а в центр вражеского строя. Туда, где на парящей платформе, поддерживаемой четырьмя огненными духами, восседал Император Игнис.

Даже с такого расстояния я чувствовала его ауру, она сочилась высокомерием. Он был одет в доспехи из красного золота, а его волосы были цвета пламени — ярко-рыжие, развивающиеся на ветру, словно живой огонь.

— Он сильный, — констатировал Уджин. — Его огонь… «вкусный», но жгучий.

— Ты справишься?

— Я потушу его, — Уджин улыбнулся, и его клыки блеснули. — Даже солнцу приходит конец, когда наступает ночь.

Вдруг над долиной разнесся голос. Громоподобный, усиленный магией.

— Леди Ён Бора! Самозванка! Убийца!

Игнис встал на своей платформе, он говорил так, словно обращался к букашке.

— Я даю тебе один шанс. Выдай мне Демона и сложи оружие. Ползи ко мне на коленях через все поле и, возможно, я оставлю тебе жизнь. Я сделаю тебя своей наложницей, и ты будешь мыть ноги моим генералам.

Генерал Пак побагровел от оскорбления, не моего, а чести Империи. Солдаты заволновались.

Я выхватила у знаменосца флаг с гербом моей семьи — Белой Цаплей на черном фоне, и вышла на край обрыва.