Книга Когда расцветёт сакура, страница 112 – Виктория Богачева

Тогда я их не поняла. Сейчас же, когда я видела увечье Акихито и безумный огонь в глазах Кёсукэ, все прояснилось.

Я оказалась не просто во дворце сёгуна.

Я оказалась в яме со змеями.

Поначалу трапеза протекала спокойно и чинно. Я не расслабилась, но немного выдохнула и даже поела, потому что вызванная волнением тошнота улеглась.

Но когда служанки начали долгий процесс заваривания чая, все переменилось. Акихито повернулся и впервые заговорил со мной напрямую.

— Сестра, это правда, что в поместье Минамото ты оговорила нашего брата?

Мои брови взлетели вверх, и я не смогла удержать равнодушное выражение на лице. Один взгляд в сторону Акико подтвердил, откуда дул ветер.

У мачехи не нашлось более интересной темы для жалоб? С момента, когда мы гостили у Минамото, утекло столько воды, столько всего случилось…

— Не правда, брат.

— Из слов матушки и Кёсукэ следовало именно это.

Я поджала губы. Взгляды всех присутствующих за столом были обращены на меня. Не надейтесь, что я склоню голову.

Я вздернула подбородок и посмотрела Акихито в глаза.

— Я вмешалась потому, что знала, что нашему отцу-сёгуну не нужны распри с кланом Минамото, — твердо отчеканила я.

Не правда? Но кого это волнует?..

— Хм, — Акихито дернул уголками губ, но больше ничего не сказал, потянувшись за сладостью из риса и медового сиропа.

Надеюсь, хотя бы старший брат пошел в отца. Потому что ни на кого в этой семье, кроме него, надежды у меня уже не осталось.

— Тебе пора переставать тревожиться о клане Минамото, девочка, — Акико не понравилось, что Акихито не устроил мне публичную порку, на которую та так надеялась. Потому и решила взять все в своим руки.

— Вас уже ничего не связывает, и скоро…

— Матушка, — тихо, но веско пророкотал Акихито. — Мы уже говорили об этом. Мы не будем обсуждать помолвку Йоко до тех пор, пока не вернется наш отец, — он поморщился, как от боли, и помассировал ладонями виски.

Кёсукэ смотрел на него, как на ничтожество.

— Неизвестно, когда вернется мой брат, — подал голос молчавший до того Ацуми-сан. — А в столь смутное время сёгунату понадобятся новые союзники, и семья, которую предложил я…

— Вот именно, — Акихито устремил на него тяжелый, немигающий взгляд. — Вот именно, что сёгунату понадобятся союзники, а семьи вернее, чем Минамото, мы не отыщем нигде. Я все сказал! — он повысил голос, когда и Акико, и Ацуми-сан одновременно вскинулись, чтобы возразить. — Пока не вернется отец, помолвка остается в силе.

Акихито тяжело дышал. И я могла понять его. Противостояние с такими пиявками, как мачеха и дядя, высасывало все жизненные силы.

— Ты никогда не станешь хорошим сёгуном, если так и продолжишь прятаться за папочкиным кимоно, — выплюнул Кёсукэ. Очередная злобная гримаса исказила его лицо до неузнаваемости.

— А ты вообще не станешь сёгуном, — огрызнулся Акихито, утратив жесткий самоконтроль.

Кёсукэ подавился собственной злобой, захлебнувшись воздухом.

Я искоса посмотрела на Акихито и на мгновение прониклась искренним сочувствием. Не только потому, что он встал на мою сторону, хотя на самом деле он лишь поддерживал отца и думал о троне. Мне стало жаль его, когда я увидела вздувшиеся вены на висках, быстрое биение жилки на шее и капельки пота, что медленно стекали из-под убранных в пучок на затылке волос.