Книга Академия Даркленд, страница 107 – Анна Одувалова

Чтобы попасть внутрь, Джасперу приходится выбить окно на первом этаже. Он выбирает небольшое, в глубокой оконной нише. С потрескавшейся деревянной рамой, покрытой слоями облупившейся краски.

Пыльное стекло почти не пропускает свет. Резкий звонкий хруст разносится по погруженной в тишину округе, заставляя меня вздрогнуть. Осколки сыплются внутрь с раздражающим слух звоном.

Джаспер осторожно расширяет проем, выбивая остатки стекла рукой в рукаве.

Сначала он сам залезает внутрь, опираясь на подоконник и подтягиваясь на руках. Я слышу его приглушенную ругань, затем – глухой удар ботинок о пол внутри. Через мгновение его лицо появляется в темном проеме.

— Давай помогу. – Его голос звучит хрипло, но твердо.

Я хватаюсь за протянутые руки и ставлю ногу на выступ цоколя. Запястья у парня мокрые и холодные. Ладони соскальзывают, но я цепляюсь сильнее.

Джаспер тянет. Я отталкиваюсь скользкой подошвой от камня и тяжело переваливаюсь через пыльный подоконник. Острые края рамы цепляются за мокрую одежду. Я почти падаю внутрь, но Джаспер успевает подхватить меня за плечи. Мы стоим, тяжело дыша, в облаке поднявшейся пыли. Она щекочет нос и горло, заставляя кашлять.

Пустой холл встречает нас гробовой тишиной и запахом сырости, пыли и чего-то давно забытого. Свет едва пробивается через грязные окна и разбитое нами. Напротив возвышается широкая каменная лестница, ведущая на второй этаж. Когда-то она была белоснежной и величественной, теперь же камни потемнели, покрылись серым налетом. В углах ступеней повисла паутина.

Под ногами – огромный ковер с выцветшим, нечитаемым узором, полностью скрытый толстым, пушистым слоем пыли. Наши мокрые следы на нем выглядят чужеродно, как кляксы.

— Интересно, кто и почему покинул это место? – шепчу я, разглядывая потолок с лепниной, тоже почерневшей и местами обвалившейся. На высоких стенах – темные пятна. Наверное, когда-то там висели картины.

Джаспер бегло скользит взглядом по холлу и пожимает плечами. Его лицо выражает только крайнюю усталость.

— Не знаю. – Голос глухой и безразличный. – Главное, тут не дует, как на улице. И надеюсь, есть хотя бы одна целая кровать.

Мы начинаем медленно, осторожно обследовать первый этаж. Наши шаги гулко отдаются в тишине. Комнаты огромные, пустые или полупустые. Гигантская гостиная, где только тени да пыль. Кабинет с массивным почерневшим дубовым столом. Он покрыт слоем пыли, как бархатом. Вдоль стен – пустые книжные полки. Столовая с длинным столом. Везде следы давнего запустения: паутина в углах, отслоившиеся обои, пятна сырости на потолке. Воздух тяжелый, спертый.

Останавливаемся в самой большой комнате – просторной зале. Высокие окна, потемневший паркет и главное – большой камин из темного камня с массивной дубовой полкой. Пустой и холодный.

— Надеюсь, бывшие хозяева нас простят, – задумчиво говорит Джаспер, подойдя к камину и заглянув в черную топку. Он потирает руки, пытаясь согреть побелевшие пальцы. – Но альтернативы нет, топить придется мебелью. Не уверен, что сейчас моих сил хватит на поиск дров. Дана, тебе надо переодеться. Срочно.

Джаспер поворачивается ко мне, и я вижу, как он дрожит всем телом. Губы бледные.

— Да и мне тоже. Поищи что-нибудь в шкафах наверху. Даже старое одеяло подойдет. Все, что может согреть и высохнуть быстрее наших мокрых тряпок.