Книга Ненужная жена князя Горчакова, страница 95 – Мелина Боярова

Оставшиеся дни до экзаменов пролетели в хлопотах и постоянной зубрежке. Моих только знаний из прошлого было недостаточно. Следовало уверенно пользоваться привычными терминами этого времени и не запутаться в обозначениях, которыми изобиловали учебники.

В Воронеж мы, как водится, прибыли накануне. На этот раз меня сопровождал Яков Иванович, а Вениамин остался следить за производством.

Заполнив необходимые документы, я предстала перед членами комиссии, заседающих в огромной аудитории, большую часть которой уже заполнили зрители. За большим полукруглым столом восседали пятеро магистров в тяжелых мантиях, которых возглавлял сам Поликарпов.

Его взгляд не обещал ничего хорошего, он даже не пытался скрыть своего раздражения. Один только факт моего присутствия в стенах академии служил вызовом высокомерию умудренных жизненным опытом магов. Они смотрели на меня колючими взглядами, полными недоумения и скрытого яда.

Чуть поодаль за отдельным столом расположился чиновник из канцелярии губернатора — наблюдатель, обещанный Кривцовым. Только выглядел он скучающе-равнодушным, и это его отношение пугало больше, чем открытая враждебность магистров.

— Княгиня Горчакова Анастасия Павловна, — прокашлявшись, зычно представил меня ректор. — Вы настаиваете на экстернате, замахиваясь на степень, которую мужчины получают годами упорного труда. Мы подготовили для вас вопросы, отвечающие уровню магистра-технолога. Вы можете передумать прямо сейчас или же опозориться, пытаясь осветить темы, в которых вряд ли разбираетесь. Ваша неудача станет лишним подтверждением того, что природа мудро лишила женский пол способностей к высшим материям.

— Я готова ответить на любые вопросы, магистр, — скривилась от такого «дружелюбного» приветствия.

— В таком случае, приступим к экзамену… — провозгласил ректор.

Господа магистры устроили мне форменный допрос. Они заваливали меня задачками по молекулярной химии смол, называя их «эфирными соками», требовали рассчитать векторы напряжения в арочных сводах или описать процесс кристаллизации влаги под воздействием эфира. Я отвечала четко, по делу, производила расчеты, расписывая мелом огромную доску.

— Допустим, — снисходительно произнес тучный магистр с пятнами соуса на лацкане. — Но как вы объясните свой метод «слоеного бруса»? Склеивание не даст необходимой прочности, это удел бедняков и халтурщиков.

— Вовсе нет! — я вздрогнула, сообразив, что Воронцов и тут постарался нагадить. — Склеивание волокон под магическим прессом делает структуру прочнее камня. Даже в монолитном дубе имеются внутренние пороки, которые не дано увидеть без магического взора. В моем же брусе пороков нет. Это подтверждено тем фактом, что крепи из него выстояли при затоплении и обвале шахт графа Воронцова. Если вас устраивает гибель рабочих и постоянные обрушения, можете и дальше следовать старым традициям. Но законам физики плевать на ваши предпочтения.

По залу, где собрались студенты и преподаватели, жадно впитывающие каждое мое слово, пронесся возмущенный ропот. Поликарпов скривился, словно откусил лимон.

— А что вы скажете о стабилизации влажной древесины при критическом нагреве, княгиня? — задал вопрос магистр Кранц.

— Я использую метод диффузионного отвода избыточного эфира через солевую ванну, — произнесла, глядя ему в глаза. — При создании градиента плотности в структуре камбиального слоя, тепловое расширение будет компенсировано за счет микропористости древесины.