Книга Сердце дракона. Часть 1, страница 23 – Мелина Боярова

— А что? Можно подумать, ты никогда так не пробовал.

— Эм-м, — мужчина на секунду задумался, — ладно. Я согласен.

Ха! Он согласен. А кто бы стал спрашивать.

Я потянула дракона в кровать, уложила на спину, а сама села ему на бедра. Скользнула по торсу вверх, прикасаясь к нему всем телом. Добравшись до его рта, крепко поцеловала. Я слегка покачалась взад-вперед, чтобы Ксавьер почувствовал, как касаются его кожи упругие бугорки на груди. А внутренняя поверхность бедер трется о плоский живот. Далее, маленькими поцелуями стала покрывать область шеи, прокладывая дорожку от мочки левого уха к грудной клетке.

Постепенно спускаясь ниже, наткнулась на вертикальную преграду. Я нарочно медленно двигалась вниз, чтобы его член коснулся моего живота, а затем и ложбинки у груди. Ксавьер застонал, когда я провела языком по дорожке из темных волосков. После обхватила пальцами основание члена, и стала круговыми движениями языка подниматься к ободку. А когда вобрала в рот головку и стала двигаться вверх-вниз, дракон впился руками в покрывало, стиснув его так, что оно порвалось. С губ сорвался продолжительный стон.

Не в силах более сдерживать свое желание, которое вновь заполонило мое существо, я поднялась. Продолжая рукой массировать ствол орудия, я устроилась верхом. Затем осторожно направила головку в нужном направлении и медленно села. Член скользнул внутрь, заполоняя собой все пространство. Так приятно ощущать его в себе, чувствовать давление и силу. Поднимаясь и опускаясь, я вбирала его плоть так глубоко, насколько могла.

Наши тела, стоны слились воедино. Движения ускорялись, разгоняя бешеный темп. Вскоре трепетные волны заставили изогнуться мое тело. Мышцы сократились, выпуская огненные потоки в мои вены. Ксавьер тоже был близок к разрядке. Он крепко сжал мои бедра, насадил на член до самого основания. Слезы выступили на глазах. Я вскрикнула от боли, взвилась вверх. Однако дракон держал меня. Он сделал еще несколько чувствительных толчков, прежде чем его тело обмякло, а внутрь хлынул поток семенной жидкости.

— Моя птичка, — прошептал Ксавьер и притянул к себе.

Я легла ему на грудь. Тупая боль внизу живота уже прошла. По телу разлилось блаженное чувство удовлетворения. Если не считать маленького инцидента в конце, то все было просто изумительно.

Но он обещал!

Я отодвинулась на край кровати. Снова кто-то жалобно пискнул.

— Тарлинг!

Я подскочила.

Мы совершенно забыли о нем.

Зверек забился под одеяло и боялся высунуть нос. Я почувствовала, как заливаюсь краской.

Схватила край покрывала и натянула на себя. Ксавьер вытащил зверька из укрытия.

— Ах ты, маленький негодник! Разве не знаешь, где твое место?

— Не надо. Он же не виноват, что мы…

Животное жалобно посмотрело на меня в поисках защиты. Я забрала пушистика у Ксавьера, положила себе на колени, прошлась пальцами по шерстке. Он замурчал, словно кошка, вытянул шею, показывая, где еще погладить.

— Хитрюга, — я почесала зверька за ушком. После взяла его за это самое ушко, чуть потянула, — скажи-ка мне, а где моя одежда? Верни ее немедленно!

Обиженный тарлинг нехотя слез с кровати и направился к шкафу. Открыл дверцы. Внутри на вешалке висело мое платье. Я поспешила достать его.

— Невероятно!

Многочисленные дырочки и порезы были искусно заштопаны. А чтобы швы не бросались в глаза, на ткани красовалась вышивка. Серебристые нити сплетались в затейливый рисунок, превращая практически испорченную вещь в настоящее произведение искусства.