Книга Печать ненависти, страница 53 – Мелина Боярова

— Скажи честно, — мой голос заледенел. — Если бы на моем месте была другая... Обычная девушка, без дара, без пророчества, без угрозы для Радомира... Ты бы согласился? Ты бы женился на мне просто потому, что это я? Гаяна.

Андреас замер. Он открыл рот, чтобы ответить, но слова застряли. Он отвел взгляд. В его ауре заметались серые вихри сомнений и стыда. Он не мог солгать, но и правду сказать боялся.

— Это не имеет значения, — наконец выдавил он. — Ситуация такова, какая есть. Мы не можем изменить обстоятельства.

— Значит, нет, — констатировала я. Внутри все оцепенело. Последняя ниточка, связывающая меня с ним, оборвалась. — Ты делаешь это не ради меня. Ты делаешь это ради себя. Чтобы доказать отцу, что ты хороший сын. Чтобы почувствовать себя героем.

— Я делаю это ради Лютобора! — выкрикнул он, и в его голосе прозвучало отчаяние. — Ты сама согласилась! Радомир сказал, если не будет свадьбы, Скуратова казнят. Я спасаю его жизнь, черт возьми!

— Это я согласилась спасти Люта, — ответила жестко. — А ты и рад стараться играть в эти игры. В этом разница между нами, Андреас. Я жертвую собой ради друга. А ты жертвуешь другом и мной ради системы, которая тебя пережует и выплюнет.

Я отступила на шаг, чувствуя, что больше не могу находиться рядом с ним. Мне не хватало воздуха. Его «героизм» душил сильнее корсета.

— Подумай, Андреас. Подумай, пока не поздно. Ты действительно хочешь прожить жизнь с женщиной, которая будет презирать тебя каждое утро за то, что ты не нашел в себе смелости сказать «нет»?

Я развернулась и пошла прочь, оставив его одного в смятении. Но ушла недалеко. Скрывшись за густыми зарослями плюща, обвивающего арку, я остановилась, чтобы перевести дыхание. Сердце колотилось где-то в горле, ладони вспотели. Мне нужно было успокоиться, подавить нарастающий внутри гнев, который требовал вернуться и сжечь этот сад дотла.

И тут я увидела ее.

Заряна выскользнула из тени другой аллеи, словно ждала этого момента. Она двигалась плавно, бесшумно, как змея, подползающая к гнезду. Андреас все еще стоял у фонтана, опустив голову и глядя в воду. Он выглядел разбитым, уязвимым — идеальная мишень.

— Бедный мой Андреас, — проворковала ласково, подходя к нему и кладя руку на плечо. — Она так жестока с тобой. Не понимает, какую жертву ты приносишь.

Андреас вздрогнул, но не отстранился.

— Гаяна считает, что я тюремщик, — пробормотал он глухо. — Что покупаю ее.

— Глупая, неблагодарная девчонка, — Заряна обошла его, вставая перед ним и заглядывая в глаза. — Ты — герой, Андреас. Ты — лучший из мужчин. Любая другая была бы счастлива просто стоять рядом с тобой. Я всегда знала, какой ты благородный. Даже когда наши отцы разорвали помолвку, я продолжала верить в тебя.

Ее пальцы скользнули по его груди, поправляя лацкан камзола. Андреас смотрел на нее, как зачарованный. В его глазах читалась растерянность и... Облегчение?

— Заряна... — выдохнул он.

— Тш-ш, — она приложила палец к его губам. — Забудь о ней на минуту. Вспомни нас. Вспомни, как хорошо и легко нам было вместе, пока не вмешалась политика.

Волконская потянулась к Андреасу и поцеловала. А он... Он не оттолкнул девушку. Боярич замер на секунду, а потом его руки неуверенно легли на ее талию.

Я смотрела на это, и внутри меня что-то щелкнуло. Последний пазл сложился. Не было ни боли, ни ревности — лишь холодная брезгливость.