Книга Шепот злобы, страница 47 – Мелина Боярова

Ирия выдохнула и улыбнулась, но беспокойство все еще читалось в ее глазах.

— И это еще не все, Гаяна. Славен заметил, как Заряна настраивает Годимира против тебя. Играет на его тщеславии, упирая на то, что тебя и Андреаса Лютобор несправедливо возвысил. Говорит, что вы отняли у него шанс проявить себя. Что боярский сын должен стать настоящим обережником, а не быть на подхвате у бывшей команды.

Я тоже считала, что Лют зря не включил парня в основной состав, но ему, как наставнику, виднее. Мы ведь сработались на зачистке руин, к Годимиру не возникало никаких нареканий. А все эти разовые вылазки лишь больнее били по его самолюбию.

— И что он ответил Заряне? — поинтересовалась, представив Годимира, его широкие плечи, уверенный взгляд и всегда аккуратно уложенные светлые волосы. Все в парне говорило о дисциплине и стремлении к совершенству. Он был прагматичен, ценил порядок и умел признавать ошибки. Однако слова Заряны могли найти в нем благодатную почву.

— Поддерживать Волконскую Абашев не стал, — ответила Ирия, — но и не остановил. Просто слушал, и по лицу было видно, что слова Заряны западают ему в душу. Он ведь очень старался на последней вылазке, ты заметила? Ему явно хочется вернуться в команду, но он не знает, как это сделать.

— Вот уж не думаю, что советы Заряны ему помогут! — хмыкнула я, подозревая в чем истинная причина подобной отставки.

Каким бы опасным я не считала Люта, но в справедливости ему не откажешь. Он каждому давал шанс проявить себя. Внутри команды не должно быть склок и разногласий. И так уж получилось, что он дважды поддержал Заряну, когда та в открытую играла против меня.

Все эти слухи наверняка известны Лютобору, как и то, кто и как к ним относится. Волконская искусно играла на слабостях других, сея раздор и смуту. Возможно, мое очередное испытание состояло в том, чтобы не поддаться на провокацию.

Мы не успели договорить, как в библиотеке появился Андреас. Его тяжелые шаги гулко раздались в тишине читального зала, а его ауру, излучающую тревогу, я почувствовала даже на таком расстоянии.

— Гаяна, Ирия, хорошо, что вы здесь. Мне нужно с вами поговорить, — в голосе парня, непривычно тихом, лишенном высокомерия, я также различила беспокойство.

— Конечно, Андреас. — указала на стул напротив. — Присаживайся! О чем пойдет разговор?

Парень опустился на стул и огляделся, как недавно Ирия, выискивая тех, кто мог стать невольным свидетелем. Но другие послушники старались держаться от меня подальше, так что поблизости все столики оставались свободными. И это играло нам на руку.

— Я хотел предупредить о Заряне, — начал боярич, избегая прямого взгляда. — Годимир мне кое-что рассказал о том, какие сплетни она распускает о тебе. О нас.

— Спасибо, Андреас, — ответила, ощущая, как в груди разливается тепло от его поддержки. — Я знаю, что Заряна пытается настроить вас против меня. Ирия рассказала, какие слухи ходят по чародемии. Волконская называет меня одержимой и утверждает, будто я черпаю силу из Изнанки. Но ведь это не так.

— Я не могу допустить, чтобы Заряна вредила тебе или нам, нашей команде! — с жаром заверил боярич. — Я видел, как ты спасла ее. Видел, как усмирила переруга. Твой дар уникален, а Заряна… Если она не прекратит, мне придется ее остановить.