Книга Пробуждение ярости, страница 15 – Мелина Боярова

— Из какой дыры тебя вытащили, дикарка? Говорят, из-за тебя боярский сын провалил испытание? — оскалившись, продолжил он, пристально разглядывая мою одежду. — Что это? — Подцепил пальцем тонкий шнурок, вытаскивая дедов амулет. — А ну, покажи!

Я отшатнулась, не позволяя грязным пальцам коснуться моей вещи. Внешне я оставалась бесстрастной, но внутри загорелось что-то теплое, отозвавшееся покалыванием в ладонях. Я никому не позволю отобрать дедов подарок.

— Не трогай, — произнесла ровным голосом. — Это не твое.

Парнишка опешил, явно не ожидая сопротивления. На нахальном лице промелькнуло удивление, быстро сменившееся злостью. В казарме стало невероятно тихо, остальные дети замерли, наблюдая за нами.

— Какая дерзкая! — зло усмехнулся и толкнул меня кулаком в плечо. — Сразу видно, что тебя не научили уважать старших.

Я пошатнулась, но сохранила равновесие. Тумаками меня не напугаешь. И давить на меня бесполезно. Проходила уже проверки на прочность в прошлой жизни и точно знала, что поддаваться нельзя. Я вся подобралась, приготовившись к следующему удару.

Приспешники Мелеха зашли с двух сторон, отрезая путь к отступлению. Они начали толкать в спину, чтобы я не удержалась на ногах и упала. Отсутствие страха и понимание ситуации позволяло мне сохранять холодную голову, оценивать ситуацию и моментально реагировать. От тычков я успешно увернулась, отслеживая боковым зрением малейшие движения. Глаза фиксировали каждую деталь.

— Отдай, говорю! — Мелех снова попытался схватить амулет. — Не хочешь по-хорошему, будет по-плохому.

Парень распалился, лицо покраснело, глаза засверкали от ярости. Его гнев, как тяжелое одеяло, накрыл меня с головой. Я понимала, что Мелех не привык к сопротивлению. Другие дети, вырванные из семей и запуганные, отдавали все, что у них просили. Но только я — не все!

Дед учил меня драться и бесшумно передвигаться по лесу, успокаивать гневов, как внутренних, так и проявленных, а также трезво оценивать собственные возможности. В прямую схватку вступать не видела смысла, физически ребята были сильнее. Однако мое упорное сопротивление их слишком разозлило, заставило ослабить контроль, а это — верный путь к поражению. Каждый замах и попытка вывести из себя лишь усиливали мое внутреннее напряжение, но не страх. Сердце билось ровно, а дыхание оставалось спокойным. Как ни странно, но мое равнодушие сыграло на пользу.

Не добившись успеха, Мелех оттолкнул меня, пробурчав, что еще сочтемся. Он раздраженно огляделся в поисках новой жертвы и зацепился взглядом за хрупкую девчонку лет тринадцати. Вероятно, ее привели незадолго до меня, потому что она жалась к стене, судорожно сжимая в руках небольшой узелок. Удивительно, что его не отобрали в том кабинете.

— Кто такая? Как звать? — Задира попер на нее стеной вместе со своими прихлебателями.

— Ирия. Из восточной слободы, — дрожащим голосом ответила она, запоздало пряча узелок за спину.

— Что там у тебя? — Мелех грубо рванул мешочек из рук, и тот порвался, рассыпав по полу несколько сухарей и кусочек заплесневелого сыра.

Ирия всхлипнула и сжалась, не осмеливаясь поднять голову и посмотреть на обидчиков. Жалости я не испытывала, понимая, что каждый здесь проходил подобную проверку. Однако в груди ощутила неприятное стеснение и дискомфорт. Руки непроизвольно сжались в кулаки. Несправедливость всегда вызывала во мне глухое раздражение. Я осознала, что не могу остаться в стороне.