Книга Темный эллерат, страница 92 – Мелина Боярова

Не смогла удержать нервной дрожи, которая судорогой прошлась по телу. Рей вмиг насторожился и, инстинктивно прижав к себе покрепче, огляделся.

— В чем дело, Леа? Что тебя так напугало?

— Останови это, Рей! — срывающимся на плач голосом, попросила я, — пожалуйста, останови. Я с ума сойду, ощущая эту грязь. Они же… как животные! Но те никогда не издеваются над слабыми. Убивают, да. Изгоняют. Но не мучают, не истязают, превращая себе подобного в безвольное сломанное существо.

Очередной всплеск насилия, ударивший электрическим разрядом, сорвал глухой стон и заставил корчиться от боли. Я в полной мере испытывала ВСЕ, все, что чувствовали многочисленные жертвы, и это разрушало меня, заставляя кровоточить прежние раны и предоставляя невероятный простор для появления новых травм.

— Леа! — исполненный отчаяния, крик Рея полоснул по нервам.

Как во сне наблюдала за мгновенной трансформацией из человеческой формы в боевую. Потом уши заложило от громоподобного рева, в котором Крейгсхарт выплеснул негодование и боль, раздирающую его на части, а также лютую ненависть к тем, кто посмел навредить мне. Могущество главы рода, как и его недовольство, и жажда мести, направленная на каждого, кто причинил страдания, достигла высших и низших демонов не только в замке, но и за его пределами. Кровь в каждом живом существе вскипела, напоминая нарушителям, что их ничтожная жизнь принадлежит их хозяину, и что в его власти оборвать ее сию секунду.

— Амулет, — прохрипела, раздирая ногтями шею. Кто-то из слуг задыхался от сдавившего горло ошейника, и я умирала вместе с ним, поддавшись панике и первобытному ужасу, захлестнувшего сознание низшего.

— Нет! — донесся полный невыносимой боли крик, прежде чем вновь окунулась в спасительную темноту.

Проснулась от негромкого разговора, ведущегося в соседней комнате. Поначалу голоса казались гулкими и непонятными, потом различила бархатистый тембр Рея, от которого всегда мурашки шли по телу. Жаль, что не в этот раз. Сейчас я просто порадовалась, что он рядом, и беспокоился обо мне, потому что в диалоге со смутно знакомым собеседником демон часто упоминал мое имя.

Но кто этот второй? — разум пытался вспомнить, а тьма, мягко убаюкивающая сознание, отвлекала внимание, призывала к спокойствию и приятному сну. Несмотря на пробуждение, тело ощущалось ослабленным, опустошенным. Хотелось пить и немного беспокоил голод.

— Амулет Леа необходим! Он защитит психику от негативных эмоций. Ей сейчас ни в коем случае нельзя волноваться, — резко и неожиданно громко высказался…

— Чейт? — я подскочила на кровати и тут же рухнула обратно на подушки. В глазах замельтешили темные мушки, а к горлу подкатила тошнота. Но я лишь скривилась, ненавидя в этот момент собственную слабость. Важно было другое! Чейт один из немногих, к кому привязалась и доверяла. И даже нападение не убило эту веру. Слишком уж бросалось в глаза неадекватное поведение. И уже после, узнав, чем оно было вызвано, не держала на лекаря зля. Наоборот, искренне переживала его гибель. Рей ведь не шутил, угрожая тому пытками и скорейшей расправой.

Что же произошло, если сейчас эти двое спорят в кабинете?

Ответ получила незамедлительно, потому что оба мужчины, каким-то образом узнали, что очнулась, залетели в спальню и склонились над моим обездвиженным тельцем. На лицах обоих читалась радость и искреннее переживание. Только у Рея угадывалась болезненная тоска и запоздалое чувство вины, а в Чейте верх одержал профессионал, потому что он сразу же приступил к диагностике и вливанию силы. Подарив любимому ободряющую улыбку, перевела взгляд на низшего. Левая часть лица у него была обезображена. Глубокие борозды располосовали щеку и часть лба до самой кости, выколотый глаз пугал сгустками запекшийся крови, стежками швов и только-только наросшей розоватой кожицей. Левый рог, ухо и часть волосяного покрова отсутствовали. Видимо, чтобы не травмировать меня внешним видом, Чейт скрыл рану под повязанным на манер банданы платком. Только явная асимметрия головы все равно бросалась в глаза. Возможно, на теле были и другие раны, только за одеждой этого не понять. Внешний вид пугал и вызывал отвращение, но это, без сомнений, был он, мой друг. Никакие физические уродства не могли помешать нашей дружбе, да и не останется их. Со временем Чейт регенерирует и вернет прежний облик.