Книга За секунду до... Книга 2, страница 54 – Мелина Боярова

— Даже не сомневайся, — прошептал родной голос, — ты моя жизнь! Мое дыхание. Мое сердце.

— Я тоже люблю тебя, Аламат, — призналась в ответ.

— Знаю. Я видел все, что с тобой произошло. Чувствовал то же, что и ты. И… — мягкий расслабленный шепот обрел твердость, — мне не понравилось то, что ты ходила в Нижний мир. Это опасно. Расскажи, что там произошло.

— А разве ты не видел сам?

— Мне недоступны эти воспоминания. Не понимаю, с чем это связано.

Я хотела ответить Дайрону, рассказать про живущих там демонов, но не смогла сказать и слова.

— Я не могу. Что-то не дает говорить. Это… — внезапный спазм сдавил горло. Я закашлялась, судорожно хватая воздух ртом.

— Ди! — всполошился демон, — смотри на меня! Не думай о Нижнем мире! Расскажи лучше о малыше. О чем угодно. Просто не думай!

— Что это такое? — отдышавшись, спросила я.

— Блок. Очевидно, что ты не должна рассказывать, кому бы то ни было о том, что происходит в Нижнем мире.

— Ты прав, наверное, — вспомнилось наставление Эльзин, что я никому не смогу раскрыть тайну об их существовании. — То, что приходит оттуда на Землю, опасно. Нечто вселяется в человека и обладает силой, намного превышающей наши возможности.

— Постарайся держаться от всего этого подальше, — попросил Аламат, — я скоро заберу тебя. Теперь, когда подтвердилось, что ты моя пара, мне не будут препятствовать.

Демон, вновь принявший привычный облик, снова стал целовать меня. Я хотела задать еще кучу вопросов, но под жарким напором они все куда-то испарились. Вспыхнувшее желание мгновенно захватило все мысли. На этот раз Аламат не стал останавливаться и, когда мы оба были на грани, позволил пьянящему чувству эйфории вырваться на свободу.

Как он и предполагал, меня выкинуло из сна. Я проснулась в своей кровати. Все в той же ночной рубашке, в которой ложилась. Только губы, опухшие от поцелуев, да горящие лихорадочным блеском глаза, что смотрели из отражения в зеркале, подтверждали, что произошедшее ночью не было сном.

Приняв душ и надев свежую одежду, спустилась на кухню в поисках съестного. Там, к моему удивлению, уже хлопотала Марта.

— Когда ты вернулась? — подалась к женщине, распахнувшей свои объятия, — как себя чувствуешь?

— Рано утром, — Марта усадила меня за стол и спешно стала заставлять его свежими вкусностями, — Роман еще с вечера весточку прислал, что можно возвращаться. Что же у нас творится такое? Средь бела дня убивают. Нельзя так. Не по-человечески это.

— Ты права. Во всем. И мне жаль, что тебе пришлось увидеть все. И ребят наших жаль. И даже этого Брагина. Все они лишь пешки в чужой игре. Марта, я пойму, если ты захочешь уехать. Может, подумаешь? Хотя бы до тех пор, пока все не успокоится.

Говоря об этом женщине, я понимала, что на самом деле, лучше было, если бы она уехала ненадолго. Так, Марта меньше подвергалась опасности, и мне не пришлось бы снова делать внушение. Я и так притупила воспоминания о вчерашнем дне. Совсем стирать память, как это делала Карина, опасно. Человек, на сознание которого постоянно оказывается влияние извне, мог не выдержать и сойти с ума.

— Я могла бы пожить у Анечки, — предложила экономка, — ее девочке нужна помощь. Ты ведь знаешь, что у меня богатый опыт по общению с такими пациентами. А Лиза живая и сообразительная девочка. Тянется к людям. Аня и Миша ее очень любят, но, к сожалению, не знают, как правильно обращаться с ней.