Книга Апокалипсис для избранных, страница 425 – Ян Сикоревич

— Да, он прав! — подтвердил Хьяльти! Я на девяносто девять процентов уверен, что через день, неудобно свадьбу пропускать как-то, так вот уже скоро в наших руках будет тайна! Но извини, Хоито, что перебил тебя. Рассказывай дальше.

— Так вот, — продолжил юноша. Я в темноте увидел перед собой двух мужчин. Один подтолкнул другого со словами:

«Не переживай, если что, я рядом, позови только».

Другой ответил: «Ладно, все это глупости, индейцы сейчас сошли с тропы войны. С этой стороны нам ничего не угрожает, а от зверья у меня вот что, — он показал заряженный пистолет. Да и ты вооружен, если услышишь выстрел, прибежишь». Уходящий ответил: «Ну я пошел». Остающийся сказал: «Никак не могу удержаться еще раз повидать свою невесту. Нам о многом нужно переговорить». Я сразу признал в этой паре Вагни и Эйрика.

Я подошел к Вагни и передал ему просьбу руководителя побыстрее собраться всем вместе. Он посмотрел на меня с сомнением и спросил:

— С этим умеешь обращаться?

— Да, ответил я, с отцом на охоту ходил.

— Ладно, Вагни всунул мне ружье в руки и побежал по тропинке, проделанной за несколько дней от реки, где брали воду для нашего временного убежища.

Было тихо в том месте, где находились жених и невеста, никаких подозрительных шумов.

Потом я услышал слабый вскрик. Стало тревожно на сердце и я бросился в темноту сельвы. Всего каких-то сто шагов, но столько произошло, пока я бежал. Вначале я заметил Уту. Индианка лежала распростертая на траве. Я наклонился к ней она почти потеряла сознание. Это ее слабый крик заставил меня бросится на помощь. Потом почувствовал резкий толчок и упал от него. Когда вскочил на ноги, понял, что послужило причиной падения. Передо мной была гигантская змея, анаконда. Огромный экземпляр, наверно десять метров в длину. Такая и кабанчика проглотит, подумал я и тут же получил удар хвостом по ноге. Мое счастье, что опять не оказался на земле, а то бы уже не поднялся. То место, где я стоял оказалось под огромной тяжелой тушей, сотрясающейся от резких движений. Змея металась по поляне и одновременно с кем-то боролась. Потом раздался почти под ухом выстрел.

Я с ужасом увидел, что из пасти меркой твари торчит голова и по плечи тело нашего дорогого весельчака и балагура Эйрика. Выражения его лица я не забуду до конца своих дней.

При этих словах женщины вскрикнули. А подросток продолжил.

— Он бросил ружье и, ухватившись за змеиную челюсть совершал отчаянные попытки ослабить смертельный захват.

Я тоже выстрелил, но промахнулся, потом опять. — тут Хоито замолчал и уставился в одну точку.

— Так и расскажи, как мне, — продолжил за него Хьяльти, — ты выполнил просьбу нашего дорогого друга и выстрелил ему в голову. И слава богу не промахнулся. Облегчил страдания человека, который иначе умер бы от медленного удушения пресмыкающимся.

— Ты убил его? — возмущенно спросила Даджара, как будто никогда сама никогда не совершала подобного и нанесла парню пощечину.

— Он выполнил свой долг! — продолжил Хьяльти с каменным лицом, не распускай, Даджара руки! А что ему оставалось делать?

Хоито заплакал. Мелисса обняла мальчишку, все понимали, как ему тяжело. Всего пятнадцать лет и такая тяжкая моральная ноша.

— Он прав, — сказал стоявший поодаль, а сейчас подошедший вплотную Киркикос.