Книга Апокалипсис для избранных, страница 472 – Ян Сикоревич

Когда ученому бросилась в глаза статья геодезиста Грилевского, который на основании карты Кемаля нашел реальные координаты по широте и долготе места с сокровищами, он подпрыгнул на стуле чуть ли не до потолка!

Любой умный человек, сопоставив факты, сразу бросится организовывать экспедицию.

Ученый, как мог на людях сдерживал эмоции, а дома превратился в деспота, которого ничего не интересовало кроме подготовки к экспедиции. Хьяльти удалось даже зажечь огнем желания спокойную от природы Свен.

Она даже шутила, что в постели муж тюлень, а за рабочим столом — кровожадная акула.

* * *

Но вернемся к тому моменту, когда, Хьяльти, словно под ударом молнии проснулся среди ночи в холодном поту.

Только что он вспомнил, как за мелочами подготовки к экспедиции забыл самое главное. «Но что оно из себя представляло?» Мысль лихорадочно работала, пытаясь вспомнить суть. Все это напоминало охоту на крупного зверя, только зверем была ускользавшая мысль.

Он с трудом вспомнил, что у него тогда тряслись руки и ученый усадил вместо себя Свен переписывать последнюю страницу копии артефакта Кемаля Шахида. Напряг память и понял почему: " У них не работала копировальная машина.

Но что же было в той странице архиважного, если нужно было ее срочно переписывать?"

И когда Хьяльти доходил в рассуждениях до этого места, наступал провал памяти.

Он попытался взять себя в руки.

Память играла с ним в прядки, но упорный археолог все равно извлечет из этой проклятой головы то, что нужно!

Хьяльти даже хотелось разбить эту проклятую башку, которая не отпускала из анналов памяти то, что сейчас было важнее его никчемной жизни! Археолог дал себе срок: если не вспомнит за час — разобьет этот проклятый «чугунок» на плечах, который дала ему природа да так, что глаза зальет кровью не меньше чем при снятии скальпа! Он уселся на круглый камень при входе и смотрел в одну точку.

Оставалось десять минут до назначенного срока экзекуции.

А память продолжала издеваться. Он закрыл глаза и увидел тот переписанный листок. Он стал мысленно осторожно приближать его к себе, но в тот момент, когда ученый приготовился читать, изображение расплылось и ничего нельзя было разобрать.

Потом он вспомнил, что зачем-то сравнивал оригинал и переписанную копию. Даже упрекнул Свен в том, что она допустила ошибку.

До назначенного срока экзекуции оставалось пять минут.

«Вот! — Хьяльти ухватился за спасительную соломинку. — Что же было не так в переписанной копии?

Цифра!»- он вспомнил, что вместо двенадцати Свен написала двадцать один. А не означает ли это долготу или широту?"

Очередная внутренняя молния поразила взмокшего за мгновенье от догадки ученого.

Там были координаты места пещеры с сокровищами и библиотекой богов.

А еще… — Профессор закричал как зверь, догнавший добычу после отчаянного преследования!" — A-a-a!"

Да! Там было подробное описание места, где находится вход в хранилище!

И теперь ученый казнил себя за то, что забыл самое главное, собираясь в поход. "Такие документы нужно хранить под сердцем не отдавать той женщине, которая была недавно его женой. Вполне возможно карта уже у Агиля и он давно очистил пещеру и извлек оттуда все артефакты. Но если листик остается у Свен, еще не все потеряно! Хьяльти, поскольку все спали, как тень выскочил из пещеры и прокрался к женскому вигваму. Он приподнял марлю, предохраняющую от попадания в помещение комаров, огляделся. Все, сказывалось еще влияние галлюциногенного препарата, крепко уснули. Археолог бросился в угол, где лежали вещи участников экспедиции и тихо прижав к себе рюкзачок Свен на цыпочках вышел наружу. Он не выдержал и вытряхнул все одним махом на траву. Потом долго ползал на карачках, пытаясь найти при лунном свете единственный смысл его жизни, бумажку с адресом пещеры. Но листик с координатами пещеры сокровищ исчез, как в воду канул. Потом до Хьяльти дошло, что уже поздно искать вчерашний день. Важный документ превратился сейчас в простую, никому не нужную бумажку.