Книга Ненавистная лекарка для слепого дракона, страница 38 – Мария Минц

— Я тоже, — вздохнула я.

Попросила её принести завтрак без мяса. Сэнди пристально посмотрела на меня.

— Как раньше? — уточнила она. Я мигом вскинулась:

— Раньше я тоже об этом просила?

Старушка сразу ойкнула и умолкла, словно поняла, что сболтнула лишнего. Надо было её срочно успокоить.

— Послушай, Сэнди, — мягко сказала я и усадила её рядом. — Мне нужно восстановить течение моего недомогания. Помоги мне всё про него понять.

Сэнди разгладила передник на коленях, но глаза не подняла.

— Что именно, миледи?

Я не стала терять времени даром и начала с простого. Сколько Вивиан, то есть, я спала, были ли обмороки, повышалась ли температура, жаловалась ли я на боль.

Сэнди отвечала не по порядку. Вспоминала, что госпожа стала рано ложиться, потом внезапно могла полночи ходить по спальне. Один раз чуть не упала на лестнице. Жара не было. Голова кружилась по утрам и после долгого перерыва между едой. Старушка постоянно сбивалась, путалась, но более-менее чёткое представление составить мне помогла…

Каждая деталь укладывалась в слишком знакомую картину.

Я налила Сэнди воды, дала ей сделать несколько глотков. Только после этого спросила, постаравшись сделать тон как можно более мягким:

— Ты помогала мне с нижним бельём? Напомни, пожалуйста.

Старушка вскинула голову. Щёки у неё заалели, а пальцы снова принялись теребить передник.

— Всегда, миледи, — пролепетала она, — С юности вашей.

Я помолчала, дав ей привыкнуть к направлению разговора, и только потом задала главный вопрос:

— Когда у меня в последний раз были женские дни?

Сэнди замерла. Может, вопрос и прозвучал слишком прямо, но обходить его было бессмысленно. Врач во мне уже знал ответ. Женщина, оказавшаяся в чужом теле, отчаянно надеялась услышать что-нибудь другое.

— До того, как вы слегли с горячкой, — прошептала старушка. — Намного раньше. Я ещё думала, что вы опять застудились. Хотела приготовить отвар, а вы так закричали, чтобы я не смела ничего заваривать…

— Насколько раньше?

Сэнди стала считать по хозяйственным дням: большой рынок, приезд торговца тканями, праздник первого снега.

Я перевела её воспоминания в недели. Получилось не меньше шести, возможно семь. Стресс и истощение тоже могли задержать цикл, но вместе с утренней слабостью, чувствительностью к запахам и изменившимся аппетитом вероятность становилась слишком высокой.

— У вас грудь болела, — вдруг едва слышно добавила Сэнди и смутилась ещё сильнее. — Вы приказали перешить корсаж. Сказали, прежний вдруг стал тесным.

Я ещё раз перебрала возможные причины. Будь это отравление, оно бы исчезло после банального опустошения желудка, а не тянулось бы так долго. Инфекция дала бы жар. Магическое воздействие нельзя было исключать, учитывая, в каком мире я оказалось, однако оно вряд ли объяснило бы задержку цикла и болезненность груди. Хотя в этом я была не так сильно уверена, не зная законов этого мира, но интуиция подсказала мне именно это.

Остался лишь один диагноз, который я уже практически прочитала в испуганных глаза Сэнди.

Я прикрыла глаза. Глубоко вздохнула. Если всё подтвердится, то я конкретно влипла…

— Принеси мне, пожалуйста, лепёшку, свежий сыр и кислые ягоды, если такие найдёшь, — попросила я. — И никому не говори об этом нашем разговоре. Особенно Бастиану!