Книга Ненавистная лекарка для слепого дракона, страница 52 – Мария Минц

— А я требую не предупреждать его, пока мы их ищем.

Он неохотно кивнул.

Мы договорились пока не спрашивать Сэнди при Дэмиане и не показывать брату обломок. Бастиан проверит, какие застёжки заказывал Лисандр для младшего Ревенхарта, но сделает это в столице через старые книги мастера. Я сохраню видимость потери памяти и постараюсь понять, что произошло в голубой гостиной.

Разговор закончился без примирения. Бастиан верил мне достаточно, чтобы скрыть подозрение, и недостаточно, чтобы поставить моё слово рядом со словом брата. Я понимала его и всё равно злилась.

К вечеру Дэмиан вернулся с обхода. Мы встретились в столовой: Бастиан настоял, чтобы я поела, а младший Ревенхарт отказался уезжать до утра. Сэнди прислуживать не пришла. Еду принесла молодая горничная, всё время поглядывавшая на двух братьев.

Дэмиан рассказывал о столице, пока не заметил, что Бастиан почти не притронулся к вину.

— Ты действительно собираешься продолжать лечение? — спросил он.

— Собираюсь.

Дэмиан положил локти на стол, забыв о светской непринуждённости, с которой начал ужин.

— После ночного ранения? Твоя лекарка сама едва держится на ногах.

Я положила хлеб на тарелку.

— Ваша забота удивительно быстро превращается в оценку моей пригодности.

Дэмиан повернулся ко мне с примиряющей улыбкой.

— Я благодарен вам за помощь. Но у Бастиана есть столичные врачи, а ваше состояние… непредсказуемо.

Я вернула кусок хлеба на тарелку. Аппетит исчез, зато раздражение помогло не показать, насколько насторожило его слово.

— Столичные врачи только жгли ему лицо. Моя непредсказуемость вернула зрительную реакцию.

Бастиан тихо поставил чашу на стол, останавливая спор.

— Вивиан продолжит.

Дэмиан не стал возражать сразу. Он отрезал кусок мяса, промокнул нож салфеткой и только потом произнёс:

— Тогда хотя бы проверь, кто именно тебя лечит. Провалы памяти, другая магия, чужие привычки. Ты сам сказал, что Вивиан изменилась. Если в её теле после горячки осталось что-то постороннее, обычные лекари этого не увидят.

Он посмотрел прямо на меня.

— Вызови Инквизицию, Бастиан.

Нож в руке Дэмиана блеснул над тарелкой. Он произнёс самое страшное для меня слово так буднично, будто предложил сменить повязку.

Бастиан не ответил. Я знала, о чём он думает. Несколько дней назад генерал сам перечислил три версии: потеря памяти, новая игра Вивиан или чужая сущность в её теле. Он уже угрожал отдать меня инквизиторам. Теперь ту же мысль озвучил человек, которому Бастиан доверял больше всех.

— На каком основании? — спросила я, прежде чем молчание выдаст страх.

Дэмиан положил нож и повернулся ко мне.

— Вы не помните меня. Не владеете прежними заклинаниями. Ваша сила изменила цвет и поведение. Вы обращаетесь с прислугой так, как Вивиан никогда не обращалась. А ещё говорите о теле и болезнях словами, которых не знает ни один местный лекарь.

Он подбирался к правде пугающе близко. Каждая странность имела отдельное объяснение; вместе они складывались в чужую женщину, которая училась жить в знакомом теле.

— Горячка повредила память, — сказала я. — Магия ослабла, поэтому я лечу иначе. Бастиан получает результат.

— Удобное объяснение.

Он повторил мои же слова из утреннего спора. Я поняла, что Дэмиан либо слышал больше, чем должен, либо слишком хорошо угадывал направление разговора.