Книга Ненавистная лекарка для слепого дракона, страница 90 – Мария Минц

— Дай сюда, — потребовал он.

— Ты умеешь шить?

— Я вижу, что ты сейчас пришьёшь руку!

— Уже прекрасный результат лечения. Сиди спокойно.

Между двумя слоями я оставила полоску тонкой чёрной сетки. Снаружи её прятала складка. Бастиану пришлось чуть опустить подбородок, чтобы увидеть комнату через узкий просвет.

Он надел повязку. Я помахала рукой перед его лицом.

— Ну?

— Вижу пальцы. Край стола. Твоё платье примерно до… — Бастиан замолчал.

— Даже не продолжай, — вспыхнула я.

— Ты сама спросила, — хмыкнул он.

— О качестве зрения, а не о моём декольте!

Он спрятал улыбку. Я подошла поправить узел и поняла, что Бастиан теперь видел, как близко я стояла и как быстро отступила.

— Не туда смотришь, — предупредила я.

— Куда?

Мне пришлось заставить себя не прикрывать грудь руками. Это выдало бы смущение быстрее любого ответа.

— Ты отлично понимаешь.

— Я проверяю обзор.

Слишком невинный тон. Я отошла к столу и взяла чашку.

— Первая ошибка. Когда я молча подняла предмет, ты повернул голову на движение.

— Ты подняла чашку. Я услышал.

Он говорил уверенно, но взгляд на секунду скользнул к моей руке.

Следующий час я роняла салфетки, показывала пальцы, бесшумно переставляла лампу и проходила у него за спиной. Бастиан должен был смотреть перед собой, поворачивать голову только на звук и не ловить предметы, которые падали в поле зрения.

С последним было трудно.

Я столкнула со стола пустой пузырёк. Он перехватил его в воздухе.

— Плохо.

— Ты бы расстроилась, если бы он разбился, — усмехнулся он.

Бастиан всё ещё держал пузырёк двумя пальцами. В прежние дни это движение заслужило бы похвалу. Сегодня пришлось сделать вид, что я не восхищена.

— Дэмиан обрадуется сильнее, если увидит, как якобы слепой ловит стекло!

Бастиан поставил пузырёк на стол. Велел:

— Ещё раз!

Теперь я бросила клубок бинта. Он упал у его сапога. Бастиан даже не моргнул.

— Лучше.

— Я начинаю понимать, почему ты так любишь приказывать пациентам.

Он наклонил голову, пряча улыбку. Я услышала её в голосе и заранее знала продолжение.

— Потому что пациенты делают глупости.

— Потому что тебе нравится, когда тебя слушаются.

Я хотела возразить, но Бастиан улыбнулся. Впервые увидела его глаза при этой улыбке. Тёмные, почти чёрные, без дымки и боли. Злиться не получилось.

— Вторая ошибка, — сказала я. — При посторонних ты не должен смотреть точно на лицо говорящего.

— Раньше я поворачивался на голос.

— Чуть мимо. На полшага левее, если человек стоит близко. И не следи глазами под повязкой: ткань двигается.

Бастиан вернул чёрную полосу на лицо. Я стала справа.

— Где я?

Он повернул голову чуть левее моего плеча.

— Здесь, — ответил Бастиан, повернувшись на полшага левее.

Неплохо. Я поставила перед ним чашку, потом без предупреждения двинула её ближе к краю. Он проследил за движением глазами. Повязка едва заметно натянулась.

— Попался.

— Я слышал звон! — попытался оправдаться он.

— Чашка стоит на салфетке, тут не обо что звенеть.

Я забрала чашку и вернула уже с другой стороны. Бастиан потянулся, нашел край стола, повел пальцами по дереву. Так он делал каждый день, пока темнота была настоящей. На секунду его лицо стало жёстким.

— Ненавижу это движение, — произнес он.

— Знаю. Ещё несколько дней придётся потерпеть.

— Несколько?