Книга Измена дракона. Ненужная жена больше не вернется, страница 17 – Ангелина Сантос

Я достала кошелек и пересчитала деньги. После аренды и залога их хватало на еду и самое необходимое. Если не покупать ничего для красоты. Если первое время обойтись тем, что есть.

Я прикинула, куда поставить сундук, чтобы не задевать крышкой подоконник. Потом снова огляделась. Мне хотелось остаться здесь.

Внизу скрипнула дверь. Я убрала кошелек и пошла к хозяйке.

Мы составили короткий договор. Рута перечислила мебель, я проверила список и вписала свое имя. Восемнадцать серебряных легли на стол. Она пересчитала их, написала расписку и придвинула мне оба ключа.

— Можете сегодня начать устраиваться. За лишний день не возьму, все равно комната пустая. Понадобится чайник — постучите ко мне, дам на время.

— Спасибо. Я завтра привезу вещи.

Она показала помпу и место для дров. В мастерской нужно было вымыть пол и зеркало, но сначала я решила зайти в лавку за нитками. Для темных переделок годились не все старые катушки, а хороших тонких игл было мало. Я заперла дверь и убрала ключи в сумку.

В лавке возле рынка меня узнала хозяйка. Мы были знакомы еще по маминой мастерской: она держала прилавок с тесьмой и пуговицами и знала, кто из портних брал срочные заказы, а к кому лучше идти за сложным платьем.

— Опять для невесты? — спросила она, увидев меня. — В прошлый раз такие светлые нитки брали, я думала, вам до осени хватит.

— Теперь для работы. Я снимаю мастерскую у Руты Денс.

Лавочница отложила моток тесьмы.

— Вы вернулись к заказам?

Я кивнула. Она оглядела меня, словно хотела спросить еще что-то, но вместо этого выдвинула ящик с иглами.

— Эти возьмите. Подороже, зато не гнутся. А черные нитки вон те, справа, они крепче.

Пока она собирала покупку, я спросила, сколько сейчас берут за обычную переделку платья. Названные цены оказались выше тех, что остались в моей тетради. Я переспросила о подоле.

— Конечно, смотря какая юбка, — сказала она. — Но за восемь медных вам уже мало кто возьмется, если аккуратно руками. Вы цену не ставьте раньше, чем вещь увидите.

— Я помню.

И тут же поймала себя на том, что хочу объяснить, почему все-таки возьму дешевле: у меня нет заказчиц, меня давно никто не знает как портниху, мне сначала нужно показать работу. Лавочница ждала, пока я выберу нитки, и ничего такого не спрашивала.

За небольшую покупку я заплатила одну серебряную монету.

— Слушайте, у меня невестка ищет, кому платье отдать, — сказала хозяйка, заворачивая катушки. — Надеть может, а ходить неудобно, тянет под рукой. В лавке уверяли, что разносится. Я ей говорю: платье вам не башмаки, чего вы ждете? Посмотрите?

— Посмотрю. Только обещать переделку смогу после примерки. Иногда ткани в швах просто не хватает.

— Вот вы ей и объясните. Когда приходить?

Я едва не предложила завтра утром. Потом вспомнила сундук, пыльные полки, зеркало, которое надо вытереть. Завтра в мастерской еще не будет ни одной вещи на своем месте.

— Послезавтра, в десять. Ей будет удобно?

— Будет. Она как раз в эти дни свободна. Я ей сегодня скажу.

Я написала на клочке бумаги адрес двора и объяснила, какой вход ей нужен. Лавочница положила записку в ящик, где держала личные вещи.

— Платье пусть принесет и то белье, с которым собирается носить, — добавила я. — Иначе мы можем поправить не то, что нужно.