Книга Опальная фаворитка, страница 110 – Людмила Вовченко

Адриен замер.

Дыхание изменилось сразу.

Клэр заметила.

Конечно.

— Вам не идёт, — сказала она.

— Что?

— Ревность.

— Врёте.

— Да.

Она отпустила платок.

Провела пальцем по краю жилета.

Совсем легко.

— Клэр.

Голос стал ниже.

— Что?

— Вы сейчас делаете это специально.

— Что именно?

Синие глаза сузились.

— Хорошо.

Он положил ладонь ей на талию.

Клэр перестала улыбаться.

— Адриен.

— Что?

— Здесь двор.

— Я вижу.

— Люди.

— Тоже.

— Моя мать.

— Особенно.

Она фыркнула.

Он наклонился к её уху.

— Поэтому я пока только держу вас за талию.

По спине прошёл жар.

Клэр повернула лицо.

Слишком близко.

Его рот оказался рядом.

— А если бы её не было?

Адриен посмотрел ей в глаза.

И ответил без улыбки:

— Вы бы не спрашивали.

Клэр сглотнула.

Проклятье.

Он отпустил первым.

Спокойно.

Будто ничего не произошло.

— Пойдёмте. Гаспар приедет через четыре дня. До этого нужно решить, где ставить резервуар.

Клэр осталась на месте.

— Ненавижу вас.

Адриен обернулся.

Ямочки.

— Нет.

---

К полудню Бельфонтен снова был забит клиентами.

И это оказалось лучшим лекарством от семейных интриг.

Клэр просто некогда было заниматься родственниками.

Баронесса Аделаида Морель приехала с сестрой.

Софи де Монтреваль — одна, но разговаривала за троих.

Шарлотта де Латур привезла подругу.

Ещё появилась незнакомая пожилая дама, которая заявила, что «не верит во всё это», но всё равно хочет ванну.

Люси работала без остановки.

Жанна объявила кухню независимой территорией и выгнала оттуда Армана, когда тот полез под крышку кастрюли.

— Я только хотел посмотреть.

— Глазами смотрят издалека.

— Я гость.

— Тогда тем более.

Клэр услышала это из коридора.

Остановилась.

Вернулась на два шага.

Заглянула.

Арман стоял возле стола с оскорблённым лицом.

Жанна — с деревянной ложкой.

— Всё хорошо? — спросила Клэр.

— Да, — ответила Жанна.

— Нет, — одновременно сказал Арман.

Клэр посмотрела на обоих.

— Верю Жанне.

И ушла.

Сзади раздалось:

— Клэр!

Она ускорила шаг.

---

Проспер вернулся после обеда.

Без багажа.

Уже достижение.

Сегодня на нём был тёмно-синий сюртук, и Клэр с облегчением поняла, что пыльная роза не является хроническим заболеванием.

Он привёз цветы.

Поздние.

Дорогие.

Совершенно бессмысленные в ноябре.

Небольшой букет бледных роз, переживших дорогу хуже самого Проспера.

— Для вас.

Клэр взяла.

— Спасибо.

— Вам нравятся?

Она посмотрела на поникший цветок.

— Они старались.

Проспер решил, что это комплимент.

— Я рад.

Он подал ей руку.

Клэр не взяла.

— Пройдёмся?

— У меня работа.

— Ваша мать сказала, после обеда вы свободнее.

Клэр медленно повернула голову.

Женевьева сидела в гостиной возле окна.

Увидела.

Не отвела глаз.

Прекрасно.

— Десять минут, — сказала Клэр.

Проспер просиял.

---

Они пошли по дорожке к старому саду.

Ноябрь лишил его красоты, которую легко любить.

Деревья стояли голыми.

Под ногами хрустели мокрые листья.

На низких ветвях висели капли.

С дальнего поля тянуло холодом и дымом.

Клэр любила именно такой пейзаж.

Честный.

Без украшений.

Проспер — явно нет.

Он обходил грязь.

Смотрел под ноги.

Один раз едва не поскользнулся.

— Здесь нужно привести дорожки в порядок.

— Нужно.

— Я знаю хорошего садовника.

— У меня есть Пьер.

— Пьер — слуга.

Клэр остановилась.

— Нет.

Проспер тоже остановился.

— Что?

— Он человек, который знает эту землю лучше вас.