Книга Опальная фаворитка, страница 122 – Людмила Вовченко

Сесиль остановилась.

— Простите?

— Останьтесь.

Клэр подняла бровь.

Мать посмотрела на неё.

— Раз уж моя дочь решила строить торговую империю из ванн и масла, мне интересно услышать мнение женщины, которая умеет считать связи.

Сесиль медленно села обратно.

— Мне уже нравится ваш приезд.

Клэр смотрела.

И вдруг поняла.

Вот так.

Не через нежность.

Не через признание ошибок.

Не через слёзы.

Женевьева де Вильмон просто впервые перестала видеть в ней слабую дочь и начала видеть человека, с которым приходится говорить на равных.

Пусть даже пока через деньги.

Для начала хватит.

— Хорошо, — сказала Клэр. — Тогда давайте считать.

---

Через час они спорили втроём.

По-настоящему.

Сесиль считала, что богатые женщины должны платить больше за приватность.

Женевьева считала, что нельзя создавать впечатление дешёвого места.

Клэр считала, что нельзя превращать Бельфонтен в клуб для пяти скучающих аристократок.

— Мне нужны разные клиенты, — сказала она. — Не только титулы.

Женевьева поморщилась.

— Купцы?

— Да.

— Жёны чиновников?

— Да.

— Состоятельные вдовы?

— Особенно.

Сесиль кивнула.

— Вдовы платят сами.

Женевьева посмотрела.

— Это цинично.

— Это удобно.

Клэр подняла палец.

— Не спорю.

Сесиль повернулась к ней.

— Вам нужны два уровня обслуживания.

Клэр нахмурилась.

— Нет.

— Почему?

— Потому что не хочу, чтобы простого клиента обслуживали хуже.

— Не хуже. Иначе.

Женевьева сказала:

— Это разумно.

Клэр посмотрела на мать.

— Вы подозрительно быстро втянулись.

— Я просто не люблю плохую организацию.

— Где же вы были всю мою жизнь?

Женевьева напряглась.

Сесиль опустила глаза.

Клэр пожалела.

Не потому что неправда.

Потому что момент был не тот.

— Ладно, — сказала она. — Продолжаем.

Женевьева помолчала.

Потом тоже продолжила.

И именно в этот момент в комнату вошёл Арман.

Увидел женщин.

Книги.

Записи.

Сесиль.

Мать.

Сестру.

— Что вы делаете?

Клэр ответила:

— Управляем женским миром.

Он нахмурился.

— Очень смешно.

Женевьева неожиданно сказала:

— Не мешай.

Арман замер.

Клэр тоже.

Сесиль посмотрела в окно.

Очень быстро.

Чтобы скрыть улыбку.

— Мама?

— Что?

— Я хотел поговорить.

— Потом.

— Но…

— Арман.

Он замолчал.

Постоял.

Ушёл.

Клэр медленно повернула голову к матери.

Женевьева делала вид, что читает цифры.

— Ни слова.

Клэр улыбнулась.

— Конечно.

---

Проспер получил проект брачного договора после трёх часов.

Люсен принёс его лично.

Толстым он не был.

Но выглядел угрожающе.

Проспер сел.

Прочитал первую страницу.

Вторую.

На третьей у него покраснели уши.

На четвёртой он поднял глаза.

— Это шутка?

Люсен сидел напротив.

— Нет.

Клэр — рядом.

Женевьева стояла у камина.

Арман ходил по комнате.

Адриен не присутствовал.

Клэр специально попросила его не приходить.

Он согласился.

Слишком легко.

Что вызывало подозрение.

— «Все доходы от Бельфонтена остаются в исключительном распоряжении супруги», — прочитал Проспер. — Это невозможно.

— Почему? — спросила Клэр.

— Потому что мы будем семьёй.

— И?

— Деньги семьи общие.

— Тогда ваши тоже.

Проспер замолчал.

Клэр улыбнулась.

— Отлично. Добавим.

Люсен опустил перо.

Проспер побледнел.

— Что добавить?

— Ваши доходы тоже общие.

— Нет.

— Почему?

— Потому что у меня обязательства.

— У меня тоже.

— Мои земли…

— Мои источники.

— Клэр.

— Проспер.

Он посмотрел на Люсена.