Книга Опальная фаворитка, страница 173 – Людмила Вовченко

— Знаю.

— Не так.

Клэр ждала.

— Вы стали неудобно модной.

— Что значит неудобно?

— Нельзя просто приехать.

— Да.

— Нельзя купить очередь.

— Да.

— Нельзя потребовать.

— Да.

— Вы понимаете, что для определённой части общества это невыносимо?

Клэр улыбнулась.

— Начинаю.

Сесиль наклонилась.

— Поэтому они хотят ещё сильнее.

Клэр рассмеялась.

— Матьё будет счастлив.

— Кто?

— Неважно.

Сесиль посмотрела на список записей.

— Вы будете расширяться?

— Не сейчас.

— Почему?

— Потому что качество важнее количества.

— Вы могли бы заработать вдвое больше.

— И работать втрое хуже.

Сесиль задумалась.

— Раздражаете.

— Спасибо.

— Я серьёзно.

— Я тоже.

Сесиль улыбнулась.

— Поэтому и приехала.

— На свадьбу?

— Нет.

— Сесиль.

— Хорошо. И на свадьбу.

Она достала лист.

— Я хочу открыть в Париже маленький кабинет, который будет принимать ваших клиентов между поездками сюда. Не использовать название Бельфонтена без разрешения. Не копировать ваши процедуры. Только уход, который вы сочтёте безопасным, с человеком, которого обучите.

Клэр замерла.

Вот это было интересно.

Не филиал.

Не продажа имени.

Контроль качества.

— Зачем вам?

— Деньги.

Клэр улыбнулась.

— Наконец честный человек.

— И статус.

— Ещё лучше.

— И мне надоело зависеть от мужчин, которых приходится выбирать по размеру состояния.

Клэр посмотрела внимательнее.

Сесиль пожала плечами.

— Вы заразны.

— Это не лечится.

— Боюсь.

Клэр взяла лист.

— Я подумаю после свадьбы.

— Согласна.

— Ничего не обещаю.

— Я знаю.

— И если будете использовать моё имя раньше договора…

— Вы меня уничтожите.

— Нет.

Клэр улыбнулась.

— Просто расскажу всем, что вы не смогли договориться.

Сесиль медленно улыбнулась в ответ.

— Вот теперь страшно.

---

За день до свадьбы Бельфонтен закрылся.

Впервые.

Ни одной процедуры.

Ни одного клиента.

На воротах висела табличка:

«Сегодня приёма нет».

Матьё стоял рядом и наблюдал за людьми, которые читали.

— Что делаешь? — спросила Клэр.

— Смотрю, как они расстраиваются.

— Зачем?

— Приятно.

Она посмотрела на него.

— Ты слишком много времени проводишь со взрослыми.

— Знаю.

Клэр сняла табличку.

— Иди помоги Пьеру.

— Я уже.

— Тогда Жаку.

— Уже.

— Люси.

— Она меня выгнала.

— За что?

— Я спросил, сколько стоит ваше свадебное платье.

Клэр закрыла глаза.

— Иди к Марго.

— Она сказала не мешать.

— Тогда…

Матьё улыбнулся.

— Я свободен.

— Невыносимо.

— Я учусь.

Он убежал.

Клэр смотрела вслед.

И улыбалась.

---

К вечеру дом наполнился людьми.

Женевьева приехала первой.

Вошла в холл, оглядела всё и сразу сказала:

— Цветы стоят неправильно.

Клэр обняла её.

Специально.

Женевьева замолчала от неожиданности.

— Здравствуй, мама.

— Здравствуй.

— Цветы не трогать.

— Я только…

— Нет.

— Хорошо.

Через пять минут она переставила одну вазу.

Клэр сделала вид, что не заметила.

Арман приехал следом.

И Клэр едва узнала брата.

Не внешне.

Он всё ещё был тем же молодым мужчиной с правильными чертами, светло-каштановыми волосами, гладким лбом и привычкой держать подбородок чуть выше необходимого.

Но дорогой бесполезный костюм сменился тёмным добротным сюртуком без лишней вышивки.

Руки.

На пальцах были следы чернил.

Клэр увидела.

Арман заметил её взгляд.

— Работаю.

— Вижу.

— Можешь не выглядеть такой довольной.

— Не могу.

Он помолчал.

— Ты хорошо выглядишь.