Книга Попаданка. Не твоя истинная, страница 38 – Анжелика Янчевская

Мира торопливо закивала, утирая слезы рукавом.

Она забрала пустой поднос и ушла.

Первые несколько часов я мерила шагами тесную комнату от окна до двери, до боли вслушиваясь в каждый шорох. Нервы были натянуты до предела, готовые лопнуть в любую секунду. Я вздрагивала от гулкого эха в коридоре, ожидая, что вот-вот ворвется Инквизиция с кандалами.

Но время шло. Солнце медленно ползло по небу, а за мной никто не приходил.

В какой-то момент тугой узел паники внутри внезапно лопнул, оставив после себя лишь звенящую пустоту. Если меня решат сжечь на площади я все равно сейчас ничего не смогу с этим сделать. Так какой смысл трястись в углу и сводить себя с ума?

Я сбросила тяжелый камзол Рейгара и пошла в смежную умывальню. Горячая вода в лохани смыла въевшуюся пыль архивов, засохшую кровь с костяшек и липкий запах чужого страха. Я переоделась в чистое, простое серое платье из своего скудного гардероба.

В животе снова предательски заурчало. Утренний бульон давно переварился.

Я подошла к массивной входной двери и громко, настойчиво постучала костяшками по дереву.

По ту сторону лязгнуло железо. Створка приоткрылась ровно на ширину ладони. В щели показалось суровое лицо стражника в черном шлеме. Его рука напряженно лежала на эфесе меча.

— Что случилось? — глухо рявкнул он.

— Я вообще-то есть хочу, — спокойно ответила я, глядя ему прямо в глаза. — Время к вечеру. Где мой обед?

Стражник опешил.

— Мы… сейчас распорядимся, — выдавил он, растеряв всю свою грозность, и дверь поспешно захлопнулась.

Еду действительно принесли. Спустя час я доедала горячее мясо с овощами, глядя как замок погружается в густые сумерки. Зажигать свечи не хотелось.

И именно тогда, когда за окном окончательно стемнело, в коридоре раздались тяжелые, чеканные шаги. Их было много.

Тяжелая железная ручка с резким лязгом опустилась вниз.

Я отступила на шаг назад, инстинктивно вжимаясь лопатками в холодную каменную стену. Дверь распахнулась.

На пороге стоял Рейгар.

На нем была парадный, глухой черный комзол. Темная чешуя мелким узором покрывала его высокие скулы и шею, видимо зверь внутри него находился на грани срыва. Его серебристые глаза в полумраке мерцали опасным, хищным светом.

За его плечом, в слабо освещенном коридоре, я увидела Кэрриана. Его лицо искажала кривая, издевательская ухмылка. Он по-звериному повел носом, уловив мой запах, и его черные глаза маслянисто блеснули.

Рейгар переступил порог, загораживая брата своей широкой спиной. Его пальцы сжались так сильно, что перчатка из плотной кожи жалобно скрипнула. В руке он держал свернутый в трубку белый пергамент. С нижнего края свисала тяжелая печать из кроваво-красного воска. Королевская печать.

— Собирайся, — голос Рейгара лязгнул ледяным металлом, от которого мороз продрал по коже. Он бросил свиток на мою кровать. — Пришел указ. Король требует доставить тебя во дворец. Немедленно.

Он сделал тяжелый шаг ко мне, понизив голос до глухого, вибрирующего рыка, предназначенного только для моих ушей: — Мы выезжаем прямо сейчас, не бойся я буду рядом.

Закрытая карета неслась сквозь ночь, не сбавляя скорости даже на крутых поворотах. Тяжелые колеса громыхали по камням тракта, но этот звук тонул в густой, удушливой тишине, заполнившей салон.