Книга Сделай мне красиво!, страница 42 – Дина Зарубина

— Непременно помогут! Тут явно застой и воспаление, а что же лучше ромашки с календулой? И согреет, и продезинфицирует!

— Проде… фи… что? Лотта, ты ровно по-нашему говоришь, да непонятно!

— Заразу всю убьет! – исправилась я. – Нечистый болезнетворный дух ненавидит мыло и крепкие настойки!

— Так бы и говорила! А глину зачем притащила?

— Глина сохраняет тепло дольше, чем мокрая тряпка! Вот мы намотаем пропитанную раствором тряпку, поверх кожаный лоскут, потом глину и войлоком укроем. Оно и будет тепленькое целый час, а то и полтора, если грелочку еще приложить! Все скукоженное расправится!

— Ишь ты! – подивилась Поликсена, но шустро взялась помогать.

— У тетки моей вечно ноги отекали, ей лекарь в Ринге посоветовал так делать, – беззастенчиво соврала я. – Запекают же в глине уток и рыбу. Только тете от отеков тряпку с солевым раствором прикладывать следовало.

Тереса мирно сопела на кушетке, укрытая одеялом. Я поглядывала на нее и бурчала под нос молитвы, чтоб не пугать сестру Поликсену. Но если прислушаться, там было мало от молитвы. Должен быть сохранен ритмический рисунок, тогда вибрации достигают больного органа… эх, знаний маловато!

Никогда мистикой не увлекалась, все эти чакры-шмакры, каналы-мануалы, ци и прочий разгон энергий считала поводом для объема денег у населения. И знакомых у меня в психушку трое попало после занятий продвинутой йогой с популярным гуру. Один разучился дышать без счета, не считает – не дышит, пришлось интубировать и на ИВЛ держать. Второй расстройство пищевого поведения получил, противно ему стало есть, никакая пища аппетита не вызывала, пиалу риса с отвращением в себя раз в день засовывал. Третий стал видеть, чего нет, заслонку ему какую-то в мозгу этот гуру поломал. Через то в аварию попал, пропуская вереницу призраков через дорогу. В общем, страшное дело шарлатану довериться. Самой разбираться мне было некогда и не особо интересно. Вот приятельница одна, та ездила в Индию, жила в ашраме, сейчас делает бесконтактный массаж детям и деньги лопатой гребет. Проверить-то никак невозможно, работает она или сериал про себя вспоминает. Кому-то помогает, кому-то нет, тоже в пределах статистики. Вера в чудо те чудеса обычно и творит.

Я шептала: «Хромоножа-хромоножка, потерпи еще немножко! Тазобедренный сустав, развернись и будешь прав, мы колену подмогнем, то колено разогнем, побежит огонь по жилам, станет им ходить по силам…». Честное слово, не знаю, откуда оно цеплялось на язык! Магия! Я и задумываться не стала. Это же, как вдохновение у художника, артиста, писателя. Прет – и не замечаешь, что и откуда, а потом утрешь пот и думаешь, КАК ты это сделал? Неужели это ты? Сочинил, написал, сотворил?

Час прошел незаметно. Тереса начала шевелиться и похныкивать.

— Разматывай, я спрячусь, чтоб ее не напугать, – скользнула в сушильню и дверь прикрыла, в щелочку подглядывая, да ногти от волнения покусывая.

— Просыпайся, Тереса! – пропела сестра Поликсена, отпихивая в сторону кучу тряпок.

Тереса чихнула и открыла глаза. Смутилась и покраснела.

— Ой, что ж это меня сморило так, простите, сестра!

— И ничего страшного, авось тебе полегче станет! – Сестра Поликсена так и впилась в Тересу глазами. Та встала, привычно дернулась в сторону, чтоб подтащить неработающую ногу и чуть не упала.