Книга Племянница из провинции, страница 177 – Дина Зарубина

Тереза всплеснула руками, начала суетиться.

— Да у вас нервное истощение! – заявил спешно вызванный целитель. – Будто вы не с отдыха вернулись, а с тяжелых работ! Я бы предположил опустошение резерва, но вы ведь не маг.

— Со мной долго беседовал кардинал, – слабым голосом отозвалась я. Пусть думают, что вредный старикашка меня приложил своей магией, а не я его. Только бы внушение продержалось до коронации! Никогда не думала, что это так тяжело! У меня внутри головы будто иглы кололи мозг, как бешеные иглохвосты устроили там брачные игры. Наверное, болят те самые ментальные рецепторы, про которые я читала.

Сон, покой, горячий чай и мед. Надо мной установили проволочную конструкцию с лечебными артефактами. Они тихо жужжали и мелодично позванивали.

Сама не заметила, как уснула.

— Донна Эухения! – меня трясла за плечо Тереза. – Донна, пора вставать! Коронацию проспите!

— Что? – я рывком отбросила одеяло. Солнце светило в окна. Думала, прикорну на часок, а проспала весь день и всю ночь. Ужасно энергозатратная оказалась ментальная магия. – Что говорят во дворце?

— Да тут все носятся винтокрылами, такое событие! Говорят, кардинал сменил гнев на милость. Вы его умаслили. Как вам только удалось?

— Даже не подозреваю, Тереза! Понравилась, наверное. Или пожалел.

Тереза скептически хмыкнула. Чтобы старый паук кого-то пожалел? Такие кардиналами не становятся. Причесывали меня в четыре руки, одевали чуть ли не в шесть. Парадное вишневое платье из тяжелого бархата, сплошь в золотом шитье, нижнее платье из белого шелка, высокая прическа, шпильки с жемчужными головками.

М-да, могла и коронацию собственного мужа проспать.

В величественном храме мне весело подмигнул Ламберт. Ульрики не было, она плохо себя чувствовала. Так что без меня бы не обошлись, женщин в королевской семье больше не оказалось. Король Роланд должен был проводить своего сына к жертвеннику, за ним следовали мы с Ламбертом. Среди толпы я разглядела сверкающую лысину великана Патрика. Он вытирал слезы большим клетчатым платком и украдкой показал мне большой палец. Камилло тоже мелькнул в толпе разряженных аристократов.

Кардинал бормотал что-то невразумительное и изредка хихикал. Пару раз он остановился и подпрыгнул. С одной стороны его поддерживал за локоть коадъютор, с другой – архиепископ Валерио. Корона была снята с головы Роланда, водружена на подушку и поднесена к Даэниру. Зазвучали песнопения, звон ясных детских голосов разбрызгивался весенней капелью под сводами храма.

Даэнир принес клятву.

Кардинал слегка высунул язык и нахлобучил корону на склоненную голову Даэнира. Мазнул кисточкой по лбу, окурил дымом из курильницы.

— Ваше величество, король Даэнир, – склонились служители.

Даэнир встал и повернулся к толпе. Посмотрел направо, налево. Затем подал мне руку. Мы пошли по ковровой дорожке рука об руку. У меня так бухало сердце, что отдавалось в горле.

— Мне приятно, что в этот день вы стоите рядом, – краешком губ произнес Даэнир.

— Поздравляю, корона вам к лицу.

За нашими спинами кардинал хихикая, пустился в пляс. Его тотчас зажали между собой коадъютор и архиепископ. Епископы быстренько закрыли творящееся безобразие, сохраняя восторженно-счастливые лица.

— Пустите меня, противные, я хочу танцевать! – кардинал сопротивлялся и обвисал, подгибая ноги, на руках служителей. – У нас сегодня праздник!