Книга Племянница из провинции, страница 221 – Дина Зарубина

Поскольку выгнать их посредине церемонии не представлялось возможным, подушку с короной вручили Оливии для передачи кардиналу. Вуаль она уже откинула, все ее увидели и узнали.

По храму поползли удивленные шепотки. За что это ей такая честь?

Я даже успела разглядеть довольное лицо гофмейстера. Он пыжился от гордости, что его дочь участвует в церемонии. Ничего, я на вашу дружную компанию дона Меера напущу. Чапильскому радже сама письмо напишу. Зачем приличной девушке такой непорядочный свекор и такой отвратительный блудливый муж? Что-то мне подсказывало, что герцогство Истли скоро сменит хозяина.

Медового месяца не вышло. Мы просто не могли уединиться даже на неделю. Даэнир слишком недавно стал королем, многие хотели испытать черного мага на прочность.

Следующие несколько дней я развлекалась тем, что пугала придворных. Нет ничего приятнее, чем в платье служанки проскользнуть в гостиную, подать господам напитки или закуски, а потом составить список, кто не лоялен короне. Благо, что господа слуг в лицо не различают, для них это просто живая мебель. А мне тренировка. Не просто выявить тех, кто плохо пахнет, но и тех, кто пользуется артефактом сокрытия. Хорошему человеку зачем скрывать свои мысли? А плохих я не желала видеть во дворце. Они воняют! Все гадкие, подые, мелочные и алчные мыслишки отравляли воздух. Я даже заподозрила, что беременна, иначе с чего бы мне быть такой нюхливой?

Но нет, оказалось, что количество тренировок перешло в качество, моя чувствительность еще немного подросла. Вот говорят, что магия половым путем не передается… вранье! Сильному одаренному партнеру ничего не стоит поднять слабосилка на несколько уровней. А слабому, когда тебя держат и направляют, намного проще развиваться. Если партнер в тебе заинтересован. А Даэнир не только определенный орган, не только энергию и магию, он душу вкладывал, и я это очень ценила. Быть замужем оказалось не так уж страшно.

Вот королевой быть было намного труднее. Это означало держать в своих лапках двор, а это несколько сотен придворных, сотни слуг, чиновников разных ведомств, министров, советников, послов и дипломатов. Если слуги и так старались, за жалованье, то придворные дамы упорно стремились поточить об мою шкурку коготки. Дуры завистливые! Никогда не понимала этого бабского стремления напакостить просто так, потому что можно напакостить. Меня упорно величали сельской выскочкой, бездарной провинциалкой и неотесанной деревенщиной.

Если шипеть и фыркать на королеву в открытую они все же побаивались, то за спиной сплетничать не стеснялись. А у каждой еще была родня разной степени многочисленности и богатства, и это было самым трудным. Смотреть на хорошенькое пустое личико и сразу вспоминать, кто ее отец, кто брат, кто дядя, с кем они дружат, кто их поддерживает, кто враждует и насколько лично мне это семейство нужно и выгодно.

Пришлось картотеку создать. Сначала я записывала сведения на больших листах, но стала путаться в линиях тонких, жирных и пунктирных, пришлось перейти на карточки вроде библиотечных каталогов. Дон Меер увидел, восхитился, идею подхватил и присвоил. И главное, королеве ничего не полагается за усовершенствование, это же ее страна и ее чиновники!

Я очень-очень поняла королеву Валечиа, которая набирала штат фрейлин исключительно из сиротского приюта для благородных девиц. Насколько же меньше проблем! И следить за ними во время учебы легко, выбрать посметливее и пошустрее девушек, и главное, голова не болит, что ты обидишь главного казначея или на тебя затаит злобу первый камергер или обер-шталмейстер. Лет пять побегает сиротка за королевой, та ее замуж выдаст, как выслужила, за богатого и знатного, или не слишком заметного и не очень богатого. И опять же, уже целая семья обязана королеве своим счастьем, никто косо не смотрит, обидные стишки не сочиняет.