Книга Сокровище для драконицы, или к чему приводят сделки с эльфами?, страница 75 – Ася Ягель

— Месье Дессо? – разнесло эхо, и девушка вздрогнула.

— Я здесь! – раздался охрипший голос чуть впереди.

В тесной одиночной камере, вжавшись в решетку, стоял художник, его и без того непослушные кудри растрепались сверх всякой меры, а глаза блестели от слез.

— Всё в порядке, я вас вытащу, – шепнула Ева, оглядывая массивный замок на двери.

Складывалось впечатление, что отворить такой без шума навряд ли получится.

— Мадам дракон? Я вас не вижу, это какая-то драконья магия? – оживился Вильгельм.

— А я вас вижу и запросто могу поднять тревогу, – неожиданно за спиной Евы раздался мальчишеской голос.

Девушка резко обернулась, в соседней камере находился тот самый воришка с рынка в коротеньких шортах.

— А если вы меня тоже выпустите, то покажу выход через кухню, там после ужина никого не должно быть, – расплылся в щербатой улыбке пацан.

Ева восхитилась такой находчивости ребёнка и такой безответственности сотрудников, раз заключённый знает, что на кухне есть ещё один выход из здания тюрьмы.

— Хорошо, я освобожу тебя, но сначала мне нужно открыть двери.

— Ключи в караулке у входа, – подсказал воришка.

— А ты, видимо, не первый раз здесь? – заинтересовался художник.

— Регулярно тут ночую, месье. Кормят неплохо, постель жестковата, но лучше, чем коротать ночь на улице, – здраво рассудил пацан, а Ева уже двинулась назад ко входу.

Из комнаты рядом с бюро пропусков раздавался громкий смех, стражники не стесняясь травили байки, прихлебывая чай из железных кружек. Судя по царившему веселью, бодрящий эликсир бабушки Тиль уже начинал действовать.

— А я ему и говорю: какая еще дис-кри-ми-на-ция, – по слогам протянул бородач, – мы тут ко всем с любовью и уважением!

— Именно так, – рассмеялся его товарищ, – мы же цивилизованные люди, служители порядка, вот!

— Да мы всех этих заключенных поименно знаем, чаще чем родные семьи видим, – встрял третий, и товарищи поддержали его согласным гулом.

— Они у нас в камерах как на курорте! – осенило бородача.

— Именно! А я в отпуске кроме тещиных грядок ничего не видел, мне бы тоже хоть вечерок провести в тишине и покое.

— Что у вас за разговоры такие странные? – просунул в караулку голову совсем молоденький стражник, чем-то неуловимо напоминающий Еве служанку из гостиницы.

— Иди отсюда, – махнул на него рукой бородач, – молодой ещё, не знаешь как тяжела семейная жизнь.

— А давайте разгоним этих нахлебкиков и отдохнём, наконец, по-человечески? – предложила жертва тёщиного садоводства. – Они всё равно всегда возвращаются, как собаки прикормленные.

Пышущих энергией стражников весьма воодушевила такая идея, Ева даже подумала, что столь надежная охрана вполне может сделать за неё всю работу, но мужчины побежали в левый коридор, видимо, пребывание в карцере за курортный отдых всё-таки не считалось.

На стене осталась висеть всего одна связка ключей. Молясь Светлейшему, чтобы они оказались от нужных камер, Ева вернулась к художнику и воришке. К счастью, ключи подошли, и компания устремилась в противоположное от входа направление.

— Ты уверен, что мы бежим правильно? – с сомнением уточнил художник.

— Я пару раз помогал на кухне, дважды оттуда и сбегал, – пояснил воришка, открывая железную дверь.

— Опять ты! – раздался громкий раскатистый голос. – И дружка с собой притащил?