Книга Скорая помощь для оборотня, страница 66 – Гата Присти

Калеб резко встал с места и направился к окну. Вдалеке мерцали огни города. Не замечая их, он нервно провел рукой по волосам и нахмурил брови. Мысли постоянно возвращались к одному и тому же, а точнее к одной.

Жизнь в стае оборотней — это терять членов семьи, принимать тяжёлые решения. Хоть сейчас всё больше оборотней стараются отходить от жёстких правил, прописанных когда-то давно. Но эта потеря ощущалась иначе, что раздражало.

Калеб тяжело выдохнул и отвернулся от окна.

“Где же ты…”

Ответа, конечно, не было. Только тиканье часов на стене. Мужчина сел за стол. На глаза снова попался снимок девушки. От этого уголки его губ едва заметно дрогнули. Но улыбка быстро исчезла. Калеб нахмурился. Он не понимал самого себя. Его самоконтроль и хваленная выдержка трещали по швам. Почему судьба этой девушки волнует его так сильно? Что мешает сосредоточиться и не предаваться нелепым терзаниям? Почему каждые несколько минут ловит себя на мысли, что представляет её одну в каком-нибудь заброшенном месте? Испуганную, замершую или раненую. Только чувство вины? Точно, нет. Он резко отодвинул фотографию. Будто это могло помочь. Поднялся со стула и начал ходить по кабинету. Ему не нравилось это чувство. Он всегда был человеком, который полагался на логику, факты и контроль. Но сейчас логика не помогала.

“Как много изменилось в моей жизни за несколько недель. До встречи с Авророй я бы считал, что глупо беспокоиться о человеке, который должен был изначально стать “приманкой”. И сосредоточился на поимке Итана. Сожалел бы что поймать его тяжелее ведь “приманки” больше нет.”

Использовать слово “приманка” в отношении девушки было тяжело, даже в мыслях. Когда звонил телефон, сердце невольно ускорялось. Каждый раз, когда поступала новая информация, он первым открывал отчёт, или когда поиски заходили в тупик, злость накрывала сильнее, чем должна была. Калеб остановился возле стола. Долго смотрел на фотографию. А потом тихо усмехнулся самому себе.

— Даже не знаю, когда это произошло.

Калеб был один в кабинете, поэтому признание прозвучало особенно странно. Он действительно не знал. Не мог вспомнить точного момент, когда начал переживать за Аврору больше, чем следовало. Когда её безопасность стала важна лично для него, и когда её улыбка начала всплывать в памяти в самые неподходящие моменты. Устало опустился в кресло. Сжал первую страницу с её фотографией. И впервые за все два дня позволил признать: больше всего его пугала мысль, что он может не успеть найти похищенную девушку.

Пока хозяин дома размышлял о своих сомнениях и чувствах, воздух в помещении изменился. Калеб замер, прислушиваясь к своим ощущениям. Что-то было не так. Дом оставался тихим, но это была не привычная тишина. Она казалась тяжёлой, напряжённой, словно вместе с ночным воздухом в комнаты проникло чьё-то чужое присутствие. Мужчина медленно перевёл взгляд в сторону коридора. Инстинкты оборотня редко ошибались. В доме был кто-то ещё. Калеб бесшумно вышел из кабинета. Половицы под ногами едва слышно скрипнули. Остановился, прислушиваясь. Шагов не было. Только тиканье часов. Но ощущение опасности становилось всё сильнее.

— Выходи, — нарушил он тишину. — Я знаю, что ты здесь.

Несколько мгновений ничего не происходило. Затем из темноты коридора донёсся негромкий смешок. Оттуда медленным шагом вышел высокий мужчина. Его одежда была испачкана грязью, под глазами залегли глубокие тени, а взгляд стал ещё более беспокойным и тяжёлым, чем при их последней встрече.