Книга Мы вместе ради кукурузы, страница 26 – Юлия Жукова

— Ты женишься на мне!

Риндор не сел на пол только потому, что с детства зазубрил: при особах королевской крови сидеть нельзя. Но челюсть его точно о полированный мрамор ударилась.

Может, он не так услышал? Азмараэз хоть и говорила на эринэльдском довольно неплохо, акцент всё равно иногда прорывался.

Тем временем принцесса, должно быть, заметила его оторопь, приняла задумчивый вид и уточнила:

— Так, а тебе насколько срочно?

Это прозвучало так буднично, словно Риндор попросил одолжить ему точильный камень или спросил, сколько лун настаивать вино по новому рецепту.

Не дождавшись ответа, принцесса нетерпеливо защёлкала пальцами, словно думала, что Риндор мог уснуть во время этого разговора.

— Ау! Я говорю, сколько у нас времени на подготовку свадьбы?

Риндор развёл было руками, но тут же вспомнил как матушка в его юности ругалась: не веди себя простаком перед королём!

— Так… а чего там готовиться?

Ему же не ради того, чтобы родню впечатлить. В Финэрине свадьбы зачастую проводили вообще тайком или при участии пары друзей, потому что дело это личное и не для случайных глаз. А уж в случае Риндора — он бы предпочёл, чтобы дома вообще никто не узнал, как он низко пал. Хотя стоп, какое низко? Это же целая принцесса морримов! Но зачем ей… Может, она просто не поняла? Что-то надумала себе? Лучше сразу расставить всё по местам:

— У меня просто гейс… Пока не женюсь, сила не вернётся.

Сиреневые глаза Азмараэз расширились, а выражение стало таким, как будто она только что поняла, что кто-то пытается увести её наследные земли.

— Тогда сегодня! — выпалила она. И тут же поправилась: — Нет, надо же королеву пригласить… Значит, завтра! Решено! Гоша!!! Присмотри, чтобы он не сбежал!!!

И чуть не бегом выскочила из зала, вовсе не так, как подобает особе королевской крови!

Зато вместо неё на полированный мрамор вползла огромная жирная змея с зубастой мордой, украшенной тремя красными гребнями…

— Уй ти зая! — умилился Риндор и протянул руку, чтобы познакомиться с василиском поближе. Таких здоровенных он ещё не видал. У тётушки был питомник всякой волшебной живности, спонсированный короной: детёнышей иногда дарили дружественным правителям. А взрослых — подкидывали недружественным. Но тётушкины василиски вырастали самое большее длиной с волка, а тут такая красотень.

Я не Зсссая, я Гошшша! — раздалось у него в голове возмущённое шипение. — Рррруки прочшшь!

Риндор обиделся. Он, между прочим, со всем почтением! Ишь, разожрался и возгордился! Эльф уже открыл рот высказать наглому василиску, где он вертел ему подобных и на что наматывал, но тут на груди у Риндора зашевелилась ткань, и из-за пазухи выбрался Гвиник.

Уходя в чужие земли из родного леса, Риндор как-то расчувствовался и целую ночь обнимался с деревьями, гладил листочки и перебирал жёлуди. Он и с живностью бы попрощался нормально, но из-за утраченной силы звери его не слышали и не подпускали близко. Тогда-то он и нашёл Гвиника — мелкого паучка, наверняка свалившегося с мамки во время охоты. Паучок охотно пошёл на руки и пригрелся за пазухой. Риндор назвал его «мизинчик» за незначительный размер. Явно из помёта этого года. И благополучно позабыл из-за своих тяжёлых дум. Так и приволок его во дворец морримской принцессы. И вот ведь стражники, лук отобрали, а ядовитого паука даже не нашли!