Книга Бывшие. Я вас не отпущу, страница 11 – Саяна Горская

Полина.

Я не дышу.

Кажется, время остановилось, и весь мир сузился до этой картины передо мной.

Барсов стоит на коленях перед Вероникой, аккуратно заправляя ей за ушко крошечный цветок. Его пальцы, всегда такие твёрдые и уверенные, сейчас движутся с нежностью, о которой я уже успела позабыть.

Звонкий смех Вероники разносится по двору, и мне хочется крикнуть, чтобы она замолчала, чтобы убежала, спряталась, исчезла…

— Ника! — Голос, срываясь в истерику, некрасиво ломается.

Вероника оборачивается.

— Мама! Смотри, какой красивый цветочек мне дядя подарил! — Её ясные глаза сияют от восторга. Она не понимает, что происходит.

— Милая, иди ко мне, — говорю я, и мой голос звучит резко, почти как команда. Он звенит в тишине, но Вероника, кажется, не замечает этого.

Она разворачивается и легко бежит ко мне. Её маленькие ножки шлёпают по земле, и я ловлю её в объятия, прижимаю к себе так сильно, как только могу. Её запах — тёплый, родной, знакомый до боли — заполняет мои лёгкие.

— В дом. Бегом, — шепчу я ей в ухо, и мой тон не оставляет места для вопросов и пререканий.

Она убегает внутрь, оставляя меня наедине с Барсовым.

Костя поднимается с колен, отряхивает идеально выглаженные брюки и подходит ближе. Его шаги медленные, уверенные, как будто он знает, что я не смогу убежать.

Между нами всего пара метров заряженного удушающими эмоциями воздуха.

— У неё твой цвет волос, — говорит Костя тихо, но так, что мне хочется сжаться до размеров атома.

Стискиваю пальцы в кулаки, стараясь не показать, что от страха меня пробивает дрожь.

— И изгиб губ, — он делает ещё шаг.

Расстояние между нами стремительно сокращается.

— Я знаю.

Костя смотрит на меня так, что хочется отступить, спрятаться. Его лицо — то самые, которое я когда-то любила до последней черточки, — сейчас кажется холодным и непроницаемым.

— И мои глаза, — добавляет он, и его слова падают, как камень в воду, вызывая волны страха на поверхности моей души.

Моё сердце словно стискивают в кулак. Оно почти не бьётся, слабо трепещет умирающей птицей.

— Ты не имеешь к ней никакого…

— Ты держишь меня за идиота?! — кричит, перебивая, и я вздрагиваю, не в силах сдержать реакцию. — Ты лишила меня дочери!

— Она не твоя!

Собственные лживые слова отдаются в голове пустым эхом.

Костя зло смеётся.

— Пять лет, Полина. Ты украла у меня пять лет.

Земля уходит из-под ног.

Я стараюсь не показать, как внутри всё рушится.

— Ты уехала. Исчезла. Ты даже не дала мне шанса…

— Шанса на что? — Злюсь, пытаясь спрятать панику поглубже.

— Собирай вещи, мы уезжаем.

— Я с тобой никуда не поеду!

— Правда? — Криво улыбается. — Я тебя не спрашиваю. Считай, что это констатация факта. Ты моя жена, я твой муж. А в доме — наша дочь. Собирайся и поехали.

— Ты больше не мой муж, — шепчу на выдохе.

— Да? А по документам муж. А-а-а! — Прикрывает глаза. — У тебя же теперь новые документы, новая жизнь, да? Кто тебя спрятал? Передавай ему мой пламенный привет и уважение. Даже я не смог найти ни одной ниточки. Собирайся, мы едем домой.

— Мой дом здесь.

— Где?! В этой глуши?! — Рявкает, оглядываясь по сторонам на маленькие кривые домишки.

Что, по статусу мне не положено, да?

Но лучше уж здесь, чем с Барсовым под одной крышей.

— Я последний раз повторяю: собирай вещи, мы уезжаем.