Книга Хулиган. Его тихоня, страница 125 – Эла Герс

Бля-я-ять!

Я поднял глаза и прищурился от яркого света.

— Что ты здесь делаешь? — прошипел я.

Старик, стоявший передо мной, скрестил свои мускулистые руки и приподнял бровь вверх.

— Это все еще мой дом, помнишь?

Я устало потер лицо и ответил в той же манере:

— Ты подарил его мне, помнишь?

— Ты снова это сделал, Леша.

— Что сделал?

Я с мрачным удовлетворением наблюдал, как ожесточалось лицо мужчины.

— Ты знаешь, что ты сделал, — ответил он спокойным голосом.

— И мне насрать, — резко ответил я, не сдерживаясь в выражениях.

— Ты с ума сошел?! — прорычал старик, более не контролируя себя. — Что, если на тебя заявят в полицию?! Что, если тебя посадят?! Ты этого добиваешься?!

— Они это заслужили, — холодно пробормотал я, а потом поднял руку в направлении выхода. — Дверь там. Можешь уходить.

Старик буквально зарычал от злости, но мне было все равно. Я поднялся с дивана и пересчитал бутылки, валяющиеся на полу.

Неудивительно, что моя голова так сильно трещала.

— Леша, ты должен прекратить это.

Я наклонился, чтобы подобрать пустые бутылки. Собрав их, я направился на кухню.

Старик последовал за мной, но я не обращал на него внимания. Так было всегда, когда он заявлялся.

— Леша, — сказал он на выдохе, в его голосе слышалось явное разочарование.

Я одну за другой отправлял пустые бутылки в мусорное ведро. А сам в это время думал о чудодейственной таблетке аспирина, что должна была унять мою головную боль.

Когда в моих руках осталась последняя полупустая бутылка, я поднял ее, намереваясь вылить остатки в раковину.

— Это должно прекратиться, Леша. Я больше не намерен терпеть это. Я беспокоюсь о тебе, как и положено отцу. Ты можешь испоганить свою жизнь. А я не хочу, чтобы это случилось.

— Забавно, — пробормотал я, крепко сжимая бутылку в своих руках.

— Что?

Мой взгляд встретился с его. Мужчина, стоявший передо мной был высоким, в меру крупным, с резкими чертами лица, которые с возрастом только усиливались. Любой, кто смотрел на него, знал, что с ним не стоило связываться. Его угрожающая аура, повсюду преследовала его, отпугивая от него абсолютно всех. И никто не мог отрицать, что я был точным копией того, кто стоял сейчас передо мной.

Именно из-за него я никогда не смотрел на себя в зеркало, чтобы лишний раз не вспоминать его.

Он был Сергеем Орловым, человеком, которого я никогда больше не считал своим отцом.

— Забавно, что ты называешь себя моим отцом, когда мой настоящий отец сидит в тюрьме.

Он пристально посмотрел на меня, а затем вымолвил:

— Леша, ты же знаешь, что это неправда.

Я совсем невесело рассмеялся. Я продолжал смеяться, даже когда повернулся к раковине, чтобы все таки вылить содержимое бутылки в канализацию.

— Через пару дней Новый год. И раз уж я здесь, то почему бы нам не сесть за стол и не поговорить, как подобает семье?

— Мы не семья, — твердо ответил я.

— Мы семья, нравится тебе это или нет.

Я не ответил, промолчал, стиснув зубы.

— Это не то, чего она хотела бы для тебя.

Я стиснул зубы и вцепился руками в край раковины.

— Не смей.

— Если бы твоя мать была здесь и знала, что творит ее сын…

Я крепко зажмурил глаза, чувствуя, как боль пронзала меня, защемляя каждый нерв. Воспоминания, которые я спрятал в глубине своей темной души, рвались наружу, и я изо всех сил старался подавить их.