Книга Хулиган. Его принцесса, страница 282 – Эла Герс

Даже когда мы столкнулись у шведского стола.

Даже когда я вышла из пляжного домика в купальнике.

Именно об этом я размышляла, сидя на песке в том коротком одиночестве.

Неужели он дулся на меня? И поэтому умышленно игнорировал меня? Или же он просто дал мне попробовать мое собственное лекарство?

После всего того, что я ему наговорила, я не должна была удивляться. Мне всё еще было больно видеть, как боль и обида, которые я причинила ему, отпечатались в его чертах.

Но, черт возьми, как же это меня ранило…

Резало до глубины души, видя эту внезапную перемену в его отношении ко мне.

Я сразу же отогнала эти губительные мысли. Я была сильной и независимой. Я не должна была зацикливаться на чертовом Громове, когда сделала всё, чтобы он оставил меня в покое. Ну почему это было так трудно?!

Данил наконец сдвинулся с места и, равнодушно пройдя мимо меня, направился к Уле и Кириллу.

Все-таки он вел себя подозрительно, а я не вчера родилась, чтобы этого не заметить.

Может, он и пренебрегал мной всё время, пока мы были здесь, но я была уверена, что под этим фасадом он явно что-то замышлял. Я это нутром чувствовала.

Что-то точно будет…

Поэтому я была начеку. Или, по крайней мере, старалась быть.

Данил наклонил голову и мне показалось, что он принялся бесстыдно рассматривать меня, но я не была в этом уверена, поскольку Громов всё еще был в этих дурацких солнцезащитных очках.

— Мы играем с ними в волейбол, — радостно объявила Уля, бросаясь ко мне и побуждая меня пойти в обратную от сетки сторону. — Подожди, ты куда? Таня! Давай поиграем.

Затаив дыхание, я уставилась на больно жизнерадостную и энергичную подругу, вставшую передо мной и преградившую мне путь.

— Отойди, — мрачно пробормотала я. — Я не буду играть.

— Ты боишься играть с ними?

Боюсь? Я?!

Нет, я не боялась. Совсем нет.

Я просто хотела сохранить с Данилом дистанцию.

Я не стала ей, конечно же, этого говорить, как минимум потому, что она не была в курсе наших отношений. Или точнее — бывших отношений.

Вместо этого я сказала:

— Я ничего не выигрываю, играя с вами. А значит — мне это неинтересно.

— Так значит Череп прав? Ты отказываешься, потому что боишься с ними играть? Если ты не присоединишься к нам, значит, это правда.

Чистой воды манипуляция со стороны обоих. Один пытался взять меня на слабо, другая — заставить играть, чтобы доказать обратное их словам.

— Он так сказал? — спросила я нахмурившись.

Сказал, что я боюсь с ними играть, хотя знал истинную причину моего отказа?

Нашел причину в нелепом страхе, для которого не было ни малейшего намека.

Вот же гад…

Набросившись на Романова, я процедила сквозь стиснутые зубы:

— Ты серьезно думаешь, что я боюсь играть с вами?

Он бросил в меня волейбольный мяч, который я без проблем словила.

— Я возьму свои слова обратно, если ты сыграешь с нами. И даже извинюсь, если вы выиграете, — добавил он, привычно ухмыляясь одним уголком губ.

— Ты придурок…

— Вставайте уже по местам, — в приказном тоне заявил Рябинин, появившийся между нами. — А то так и будете собачиться.

— Это была ее вина, судья, — по-детски наябедничал Романов, указав на меня.

За что своевременно получил мячом в грудь.

— Заткнись и давай уже играть.

Данил, к моему неудовольствию, уставился на нас двоих. Ульяна тоже смотрела на нас, выглядя при этом одинаково обеспокоенной и удивленной.