Книга Хулиган. Его принцесса, страница 286 – Эла Герс

— Череп, — прошипела я, ударяя по кузову.

Тот опустил окно на два жалких сантиметра и, пока смотритель заводил машину Данила, сказал:

— Мы отбуксируем твою машину в автосервис. Оставайтесь пока здесь.

— Нет. Ты не можешь оставить меня здесь с ним, — ожесточенно запротестовала я, колотя ладонью по стеклу.

Он, будучи довольным собой, улыбнулся, и прокричал, закрывая окно:

— Просто помни, что ты можешь винить в этом только себя, Таня.

— Что это значит? — я пошла следом за движущейся машиной, но она начала набирать скорость, а бежать следом за машиной было унизительно даже в такой ситуации. — Череп! Немедленно вернись! Кирилл! Романов!!!

Я получила ответ на заданный вопрос, как только повернулась лицом к Громову, который теперь бесспорно смотрел на меня, прекратив играть свой нелепый до абсурда спектакль.

Вот!

Во-о-от!!!

Я была, черт возьми, права!

Этот придурок с самого начала что-то замышлял, а я только было подумала, что Громов смог оставить свои преследования в прошлом.

Черт возьми!

Я должна была не спускать глаз со своей машины или хотя бы выкинуть Рябинина из машины Орлова и сесть туда самой.

Но теперь я осталась наедине с Громовым на безлюдном пляже. И он не стал терять времени даром, схватив меня за запястье и потащив к домику.

— Отпусти, — закричала я.

Но он не отпускал меня до тех пор, пока мы не оказались внутри.

Значит, таков был его план.

Заставить меня потерять самообладание, устроить засаду и изолировать меня.

И всё ради того, чтобы я поговорила с ним.

И, хотите сказать, в этом виновата я?!

Разве я не ясно выразилась в наш последний раз?

Я отступила на шаг назад, как только Данил отпустил меня, и не стала более сдерживать себя:

— Ты что творишь?! — закричала я.

Он невозмутимо пожал плечами, не обращая внимания на мой гнев, и сказал:

— Ты не хотела со мной разговаривать. У меня не было выбора.

— Ты просто придурок! Ты еще и друзей своих заставил в этом участвовать?!

— Это был шантаж. У них не было выбора. И прежде чем ты набросишься на меня, потому что они, очевидно, теперь знают о нас, я хочу кое-что сказать в своё оправдание, — поспешно выпалил он. — Я никому ничего не говорил, они сами узнали. Рябинин залез в мой телефон, а как Череп узнал — я еще не выяснил.

— Это неправильно, Громов, — я сделала два шага назад, затем развернулась и начала расхаживать по комнате. — Ты держишь меня здесь против моей воли. Сколько раз я должна повторить тебе, что между нами все кончено? — не дожидаясь ответа, я снова шагнула к Данилу и буквально закричала ему в лицо: —Почему ты не можешь просто оставить меня в покое?!

— Ты продолжаешь мне это говорить, но хочешь ли ты, чтобы я действительно оставил тебя в покое? — возразил он. — Твое поведение говорит мне об одном, но твои глаза говорят мне совсем другое. Они умоляют меня остаться. Они умоляют меня не оставлять тебя снова.

Я покачала головой и сделала это, тяжело дыша.

Черт…

Я не могла заплакать. Только не перед ним.

— Это то, что ты хочешь думать, — тихо и твердо ответила я. — Ты интерпретируешь происходящее так, как тебе выгодно.

— Ты так думаешь? — тут же огрызнулся он. — Тогда почему, сколько бы мы ни отдалялись друг от друга, мы всегда оказываемся вместе?

— Что? — я невесело рассмеялась. — Хочешь сказать, что это судьба? Что мы созданы друг для друга и должны быть вместе? — спрашивала я, с каждым словом неумышленно повышая громкость своего голоса.