Книга Хулиган. Его принцесса, страница 78 – Эла Герс

Для меня одиночество было местом, где я могла быть в безопасности. Это было место, которого я никогда не хотела, но в котором нуждалась. Сначала я жалела себя, но потом научилась жить с одиночеством рука об руку.

Но одиночество было не для Ульяны.

И хотя мне было страшно снова открыться кому-то, я поняла, что готова была рискнуть. Может быть, потому, что мне надоело быть одинокой. А может быть, потому, что я наконец-то нашла друга в лице Ульяны. Искреннего друга, которому я действительно нравилась.

Я открыла глаза и сосредоточилась на ней. Она по-прежнему смотрела в сторону и меня удручало то, что она не могла даже посмотреть на меня.

— Посмотри на меня, Ульяна, — сказала я ей.

Она покачала головой и ответила:

— Не волнуйся. Я поговорила со своими родителями. Я переведусь в другую школу, когда закончится учебный год.

Внутри меня вспыхнул гнев. Вдруг очень сильно захотелось проучить девочек, которые довели ее до этого.

— Посмотри на меня, — твердо повторила я.

Она нерешительно подняла глаза.

— Ты видишь жалость в моих глазах?

Уля долго смотрела на меня.

— Нет, — прошептала она. — Они выглядят… сердитыми.

— Тогда ответь мне на этот вопрос, прежде чем мы начнем дружить, — начала я и в тот же миг на ее глаза навернулись слезы.

— На какой? — спросила она с такой надеждой в голосе, что я почувствовала, как мои собственные глаза стали наполняться слезами.

Сглотнув ком в горле, я спросила:

— Почему тебе нравится сидеть на партах? Я с самого начала задаюсь этим вопросом.

— Чтобы смотреть на тебя свысока, — ответила она и рассмеялась сквозь слезы.

Она ответила так быстро, словно этот ответ был заготовлен у нее уже очень давно и она просто ждала, когда я задам этот вопрос.

С тех пор мы стали подругами. Хотя временами она была до ужаса раздражающей и невероятно болтливой, она никогда не заставляла меня чувствовать, что меня использовали, и никогда не воспринимала меня как нечто само собой разумеющееся.

И мне очень сильно повезло, что моя семья позволила мне общаться с ней, так как ее мать была генеральным директором известной ювелирной компании. С ней я смогла ходить в те места, куда семья меня никогда не отпускала. Ульяна скрасила мою жизнь, облегчила мою боль и познакомила меня с весельем и смехом.

Уля могла быть раздражающей, нелепой и упрямой, но она была моей лучшей подругой. И точно так же, как я защищала ее от наших одноклассниц, точно так же, как я защищала ее от своегоболезненного прошлого, настоящего и будущего, я собиралась защитить ее и от проблем, к которым она так отчаянно рвалась.

Я собиралась защитить ее, потому что, хотя она и думала, что это я спасла ее, на самом деле — она была моим спасением.

— Уля, ты ведь будешь держаться подальше от Ксюши, правда? — спросила я, поглаживая ее собаку.

Ульяна взглянула на меня и улыбнулась.

Но ничего не ответила.

*****

— Что она делает, Таня? — в ужасе спросила Милена, тряся меня за руку. — Что она делает? Она в своем уме?!

— Я знала, что с Ксюшей будут проблемы, — ворчала Сабина, сидя рядом с Миленой. — Разве мы только что не договорились о том, чтобы избегать ее так же, как и Орлова? У Ульяны что, проблемы со слухом?

Я скрипнула зубами.

Глупая, глупая Уля.

Как я могла защитить ее, если она всегда делала то, что ей вздумается, невзирая на последствия?