Книга Не дам тебе сбежать, страница 36 – Хелен Кир

— Ну и пусть, — забирает злость. — Мне-то что.

Трамбую пакеты в рюкзак. Забираю у Милы пустые коробочки, бросаю в мусорку.

— Идем? Мне координатора нужно найти. Узнать расписание, время поездки и все остальное.

— Не-не-не, — подтягивает кросс, — давай одна. Я к Вонсович.

— Бедная моя, — от души сочувствую. Мила готовит мегере доклад. — Держу за тебя кулачки.

Провожаю Милу до угла здания, договариваемся об обеде и еще нескольких мелочах. Слежу, как подруга скрывается за углом здания. Подскакивая на одной ноге, разворачиваюсь.

Да что ж такое …

Взгляд упирается в носки модных красных кед, за которые любой студент душу продаст. Точнее не за носки, а за вензель сбоку. Даже глаза поднимать не нужно, я знаю кто это.

— Юль, хватит делать вид, что ты меня не знаешь.

— Дай пройти, — огибаю сбоку.

Не хочу с ним говорить. Мне ясно сказали — проплатили неуйстойку+отвали. Я не дура, сто раз повторять не нужно. Так что не надо пытаться быть демократичным.

— До смердов спустились? — ерничаю. — Мне все проплачено, господин Айдаров. Претензий не имею. В расчете, — напоминаю его же слово.

— На все будешь обижаться теперь? — нейтрально интересуется. — Чтобы не сказал тебе? Что ж так резко-то? Ведь некоторые слова попускать надо.

— Да ты что? — поднимаю глаза. — В моей семье учат мужчин словами не разбрасываться. То вам понятно? И в целом, Айдаров? Что тебе от меня нужно? Может хватит преследовать?

— Не придумывай, — жестковато осекает. — Много на себя тоже не бери, — прищуривается. — Всего лишь хотел сориентировать по матчу и поездке.

— А … — меня будто ведром из воды окатывает. Растерянно молчу. — Ладно …

— Хотя знаешь? — раздувает ноздри. — Передумал.

Резко разворачивается, стремительно уходит. Мне от смешанных ощущений стыда и смятения хочется догнать и потянуть за рукав назад, сказать, что тоже не то имела ввиду, но это же неправда.

Прихожу в себя, понимая, что удалилась от корпуса. Промаргиваюсь, с удивлением замечаю, что нечаянно оказалась уже рядом с корпусом ин. яза. Так. Так …

Или успокоительные нужно пить или надо наладить свою жизнь и не дергаться каждый раз при приближении Богдана. Решила, что он лишний, что не надо с ним никак и нигде, чтобы близко не было, так и …

— Стой. Не надо от меня бегать? — Подпрыгиваю от неожиданности, едва не визжу. ПерАйдаров махиной надвигается. Он грозный и злой. От него фоном идет неопровержимое раздражение, во все стороны бешеной радиацией хлещет. — Я не дам тебе сбежать от меня. Уясни наконец!

Странный он. Сам же ушел. Я причем?! Но рта открыть никто не дает.

— Юль, — берет за руку. — У меня к тебе дело.

— Никаких дел, — злится Авдеева.

Как вор, оглядываюсь по сторонам. Народу вокруг как собак нерезанных. Взять бы затащить Юльку в тачку, вывезти на пустырь и рассказать, что и как. Да разве ее тронешь просто так без повода? Заорет же. Не то, что боюсь косых взглядом. Мне на них похрен, а вот ей — нет. Из-за нее торможусь. Первый раз забочусь о том, что девушке будет не по себе. Это проблема.

Привык, что девки сами на чл … То есть в тачку прыгают, лишь пальцем помани.

— Юль, — настаиваю, оттесняя в стремный угол за небольшой кирпичный столб, там как раз деревья, ничего не видно. Авдеева пятится, мечется, ищет пути отступления. Предотвращаю побег, хватаю за локоть, блокирую у столба, уперев лапы по бокам. Рот Авдеевой распахивается. Сглатываю тугую слюну, едва глаза отдираю от ярких губех. — Давай поговорим.