Книга Жизнь как квест, страница 112 – Елена Казанцева

— Это «Ромашка», наверное, — бормочет тот, что в полицейской форме, и толкает локтем напарника.

— Тихо, — одергивает его второй.

— Я не знаю, сколько по времени меня удерживали, но вечером, когда я очнулась, приехала жена Алексея Вольных Дарья Семеновна Морозова. У них вышел конфликт с Алексеем, и она его застрелила.

— Етишь его налево, — воскликнул полицейский. — Э-это что, у нас еще и убийство.

И опять получил тычок локтем в бок.

— Я не видела, как стреляла Морозова, я только слышала разговор, а потом звуки выстрелов. Всего их было три. Когда машина Морозовой уехала, я попыталась освободиться от веревок, которыми была связана. А потом убежала.

Я выдохнула. И замолчала.

— А труп где?

— Там возле садового домика лежит.

— Вызывай опергруппу, Михалыч, — кивнул один другому, и они оба вышли из палаты.

Минуты в больнице тянуться медленно. Через некоторое время появился доктор и две медсестры. Меня погрузили на инвалидное кресло и перевезли в обычную палату.

Она заметно отличалась от остальной больницы, явно платная. Но когда меня подвозили к палате, возле нее маячил человек в форме полицейского. И я сразу поняла, что меня охраняют. Осознание этого вызвало неприятные эмоции, такое бывает только, если свидетелю грозить опасность, либо ты являешься подозреваемой. Почему то в моей голове сразу мелькнул второй вариант.

Глава сорок вторая

Они появились в моей палате на следующий день. Два полицейских проходят, как у себя дома, придвигают стулья к моей койке, садятся и серьезно смотрят на меня. Их глаза внимательно изучают мою мимику, отслеживают движение моих рук. Они ищут признаки беспокойства, ведь вердикт ясен: я назначена убийцей Алексея.

Только я тоже училась в юридическом, кое в чем шарю. Наш немой диалог глазами прерывается. И на меня начинаются сыпаться, как из рога изобилия, вопросы, часто повторяющиеся, а иногда просто тупые.

— Когда вы были похищены? В какое время суток? А с чего вы решили, что стреляла Морозова? А почему вы решили, что это ее голос? А сколько времени тогда было?

Ну, вот как я должна была узнать время, когда стреляла Дарья Семеновна? Я даже не знала, в какой день очнулась. В моей голове перепутались дни. А если и остались воспоминания, только о примерном времени суток.

Как я освободилась? Сама не знаю как.

Но из глупых и не очень вопросов уяснила для себя, что Дарья Семеновна — большой человек, ее боятся потревожить.

А через несколько часов приехал мой адвокат. Как же я была рада встретиться с Александром Васильевичем!

— Здравствуйте, — у меня, наверное, глаза в эту минуту сияли, хоть один знакомый человек появился на горизонте.

— Здравствуйте, Светлана, я здесь как ваш адвокат, если вы согласны, то буду представлять вас…

— Александр Васильевич, где Кирилл? — обрываю его на полуслове.

— Светлана, вы являетесь подозреваемой, поэтому к вам никого не пустят, кроме адвоката, то есть меня, — вздыхает Александр Васильевич.

— Но я не могла стрелять в Алексея, я связанная лежала в домике, да и откуда бы я взяла оружие, — удивляюсь, хотя и сама поняла, что на меня хотят повесить убийство.

— Ну, у полиции на этот счет другое мнение, они считают, что вы могли развязать веревки, найти у убитого револьвер и выстрелить в него, в качестве самозащиты.