Книга Жених для неудачницы, страница 1 – Елена Казанцева

Прологмного, много лет назад…

В далекой Сибири шел суровый и беспокойный 17 год. Купец первой гильдии Матвей Куприянов сидел в своем кабинете за столом, подперев голову, перед чаркой водки и думал тяжелую думу. Когда то лихой и бесшабашный Матвей был разбойником, брал с ватагой золотые обозы, не брезговал и купеческие караваны пощипать, но став старше, накопив денег, быстро остепенился. Разгульную жизнь прекратил, выправил себе бумаги, переехал жить подальше, где о нем не слышали, в далекий сибирский городок, устроился к богатому купцу приказчиком, в сорок женился на купеческой дочке с хорошим приданным, а после смерти ее отца, стал владельцем его бизнеса. Быстро развернулся в Сибири, был поставщиком снеди и водки в артели золотодобытчиков, да и сам потихоньку мыл золотишко и сбывал в Китай.

Деньгами не тряс, богатство свое не выпячивал, разумно вкладывал деньги. И все бы было хорошо, но уж слишком время стало беспокойное, да и дело оставить некому. Жена Матвея Клавка хоть и молода была, да дети у них только спустя 4 года родились, и сейчас были еще подростки, сынку Николе всего-то шестнадцатый год пошел, а дочери Дарье и того меньше. Да и жена не слишком-то умная, молода, не доверишь. А самому Матвею уж за шестьдесят перевалило, не молод уж, того и гляди не сегодня, так завтра смерть призовет, а оставить капиталы, пустит их по ветру глуповатая жена, и деткам ничего не достанется. Вот и сидит Матвей, тяжелую думу думает. Кому доверить, кто сбережет капитал и детей без гроша не оставит.

— Прохор, иди сюда,– кричит Матвей приказчика.

— Чего изволите, Матвей Степанович,– приказчик появляется так внезапно на пороге комнаты, как будто выскочил как черт из табакерки.

— Прокофий, дела у меня к тебе есть,– тихо говорит Матвей.– Двери то прикрой, лишние уши не нужны.

Молодой приказчик быстро прикрыл двери, сделал шаг к хозяину и подобострастно улыбнулся.

— Ты вот что, завтра начни картины упаковывать, из рам извлеки, сверни аккуратно и в тубусы убери, сверху крышку каждого тубуса сургучом залей, чтоб влага внутрь не попала, бумаги ценные, золото и прочие ценности в железный ларь положи, да тоже сургучом опечатай.

— Будет сделано, Матвей Степанович.

— Да, языком не болтай, о том, что я ценности упаковываю знать некому не должно.

— Будет сделано, Матвей Степанович, молчание золото.

— Я выберу книги ценные и иконы, ты ларь сыщи поболе, чтоб упаковать можно было, да смотри у меня, если что пропадет из ценностей, три шкуры с тебя спущу.

— Не извольте беспокоиться, Матвей Степанович, все будет сделано в лучшем виде.

— Иди, работай.

И высокий, плечистый приказчик исчез в проеме дверей.

Не то чтобы Матвей не доверял Прокофию, тот уже давно служил верой и правдой, просто знал, что деньги людей портят, отдай в руки приказчика ценности, это искушение для молодого человека, тут любой может пойти на преступление из-за такой суммы. Но не было у Матвея другого пути, спрятать ценности можно было только с помощником, одному не справиться.

Матвей составил загодя опись всего ценного, что было у него, а еще описал, как найти вход в подземное хранилище, бумажные листки спрятал в корешок семейной библии и отдал Клавдии, с указанием библию беречь пуще глаза.

На следующей неделе наметил Матвей увезти подводой ценный груз на дольнюю заимку, да спрятать в глубоких подвалах до поры до времени. Выехали рано, еще затемно, взял с собой только возницу, глуповатого недалекого парня, сами с приказчиком верхом на гнедых жеребцах, выносливых, хорошо откормленных, с собой прихватили оружие и патроны. Ехали медленно, подвода еле тащилась, поклажа тяжела. По дороге часто останавливались, давая передышку коням. Дорога до заимки заняла весь день. Когда прибыли, наступила ночь, подводу разгружать пришлось в темноте, в подземное хранилище стаскивали сундуки и ящики вдвоем с приказчиком, возница не должен был видеть тайные ходы.