Книга Одиночество вдвоем или любовь на пятерых, страница 52 – Елена Казанцева

Девушка шагнула им навстречу.

— А ты, я смотрю, не теряешься, только-только развелась, а уже любовника нашла, — съязвила она Альке, а сама по Коле скользит взглядом. Взгляд тормозит на ширинке, тонкий язычок скользит по губам. Дамочка оказалась мастерицей обольщения.

— А тебе то что? Можешь забирать себе Кирюшу, он мне не нужен, — Алька шагнула вперед, словно закрывала собой Колю.

— Ой, да нужен мне твой малахольный мужик, я одна не останусь, — и девица подмигнула Коле. Тот даже не видя лица Али, чувствовал, как она вся напряглась и, чуть ли не фыркая от злости, схватила его и поволокла в сторону.

Коле оглянулся, девица стояла в круге света и усмехалась. Яркая, горячая, манкая. А потом послала ему воздушный поцелуй.

— Это кто такая? — спросил он.

— Это проститутка Кира, с ней он изменял мне, поэтому и развелись, — фыркнуло зло Аля.

— А чего она на тебя нападает? — с интересом спросил Коля.

— Так, Коленька, она с Киром все крутит, а сама боится, что Кирюха обратно ко мне вернется. Только у меня все с тобой очень серьезно.

Коля вновь обернулся. Девушка шла позади них.

Он и сам не понял, но опустился на колено, словно у него развязался шнурок. Девица прошла мимо, а на дорожку перед ним упал листочек с телефоном и подписью «Тоня».

Коля стрельнул глазами в Альку. Но та лишь с ненавистью смотрела вслед сопернице. И Коля воровато подобрал листочек и сунул в карман.

В тот же вечер он придумал отмазку и слинял из дома.

Впервые у него тряслись руки, и бешено стучало сердце, когда он набирал заветные цифры с записки. Она ответила не сразу. В её голосе была лень и нега.

— Хочу с тобой встретиться, — с разбегу сказал он.

Она лишь усмехнулась.

— Быстрый какой.

— Хочу тебя!

— У меня нет квартиры для встреч, — отшила она.

— У меня личные апартаменты, — добивался он.

— Ну, хорошо, — с ленцой протянула она. — Но не сегодня, завтра или послезавтра.

Они договорились. В эту ночь он трахал Альку и представлял на ее месте другую. Впервые у него стучала кровь в висках, и бешено колотилось сердце. Он влюбился.

Удивительно, что я женился в свое время на Альке, — думал Кирилл, пока к дому Насти собиралось начальство. — Повелся на яркую обертку. Трахнул бы её пару раз, как другие её трахали, так нет, оказался самым честным. А прожив жизнь, вдруг выяснил, что люблю женщин не ярких внешне, женственных.

Он повернул голову и всмотрелся в тонкий силуэт. Настя сейчас походила на сломанную птичку. Она стояла, обхватив себя руками, и с ужасом в глазах смотрела на свой участок. Вся такая мягкая, добрая, домашняя. В ней не было Алькиной крикливости, пестроты, жеманства. Её хотелось защищать, беречь, спрятать от всех невзгод. Быть ей защитником, мужем, любовником. И пока он размышлял, к участку подруливали машины представительского класса.

Всех этих Иван Ивановичей и Сергей Петровичей и прочих — чей он знал, как облупленных. Именно им завод продавал свою продукцию. Они у них на планерках сидят. Поэтому он говорил им правду матку в лоб.

Про себя думал: Объясняю мудакам из начальства, что они не правы и должны восстановить дом и участок.

— Кирилл, ну тут проще новый дом построить, — бубнит Сергеевич. — Тут кухня в спальню ушла, туалет на улицу уехал. Дом щитовой, старый.