Книга Семь способов засолки душ, страница 15 – Вера Богданова

Спасем.

Поможем.

Адрес, телефон.

Хмыкнув, Ника идет дальше.

У проезжей части нужно пройти вдоль длинного дома с почтой, центром йоги и аптекой. В центре йоги большие окна, через которые Ника видит потолки, приделанные к ним крюки с узкими лентами для занятий стретчингом. В зале готовятся к тренировке женщины — собирают волосы в хвосты, машут руками, разминаясь.

Перекресток Ника переходит наискосок, к давно не работающей будке таксофона: внутренности исписаны маркером, трубка от телефона отрезана, провод висит как мышиный хвост. За ним она, «Милена-Эр», отпрыск сети магазинов Китаева. Внутри пахнет землей и овощами, урчат холодильники с молочкой. Ника берет две пачки чая и красный гробик рафинада. Вспомнив, что нужно есть вовремя, она добавляет в корзину кило картошки, масло и сосиски. К кассе пробирается через хозяйственный отдел, косится на полку с косметикой. Пакет ей нужен, да, оплата картой, вам спасибо.

Обратно по тому же маршруту: таксофон с отрезанной трубкой, перекресток, аптека. В залитом светом окнах центра йоги висят без движения женщины: руки вдоль туловищ, головы набок, ленты затянуты на шеях, лица скрывает тень.

Ника отворачивается, идет дальше, жмурясь от яркого свежевыпавшего снега. Дома сует пустой пакет под раковину к другим пустым пакетам, заваривает чай.

«Привет, приехала?» — приходит сообщение. Отправитель записан как Аникин. Ника смахивает уведомление с экрана, ждет чая, слушает тихое шуршание за раковиной — должно быть, тараканы.

Вообще Аникина зовут Андреем, он старше Ники на пять месяцев и шестнадцать дней, они считали как-то. Но по дурацкой привычке она зовет его по фамилии, как будто они все еще в школе. После переезда Ники в Омск они долго не общались, а лет пять назад он вышел на связь. Ника тогда лежала с обострением, Андрей писал ей в больницу, развлекал как мог. Они стали общаться каждый день, с утра до ночи. Ника даже рассказала Андрею о том, что видит иногда. Боялась, он испугается и перестанет ей писать, были такие люди. Но он лишь ответил, что, наверное, тяжело так жить, и больше не возвращался к этой теме.

Когда Андрей узнал, что Ника едет в Староалтайск, он дико обрадовался, говорил, что город изменился, что ей точно понравится, и они договорились встретиться. Но Ника забыла ему написать первой, хоть и обещала. И нет, город не изменился.

Телефон жужжит снова. Ника думает, что это опять Аникин, но это уведомление: новое письмо на почте.

Ваш дом на берегу реки ждет вас.

Ника рассматривает эмодзи рядом с темой письма: домик, закат и искры (или, может, это фейерверк). Обычно строительные компании ей не пишут, как-то не довелось к ним обращаться. Обычно она даже не открывает письма со спамом. Просто очищает ящик парой кликов, поискав в нем счета или сообщения от врача — хотя обычно тот пишет ей в мессенджер.

А здесь — ее ждет дом. На берегу реки.

Внутри векторный рисунок обещанного дома: два схематичных этажа коричневого цвета, небольшой сад, забор, за забором лес. Ниже фото: узкий берег, над рекой склонилось дерево, крона отражается в тихой и темной воде. Лес за территорией старого санатория. Неужели там разрешили застройку?

На этом берегу могли бы жить и вы.

Летом так приятно искупаться в реке.

Ника перечитывает последнее предложение, включает телевизор, чтобы хоть как-то разбавить тишину. Идет ситком: папа сообщает маме, что они едут в поход. Дети рады: мы будем купаться, ура, мы будем купаться. Папа несмешно шутит и смеется, мама смеется, дети смеются, смеются невидимые зрители за кадром. Ничего интересного. Ника листает ленту новостей.