Книга Корректор, страница 16 – Зинаида Майорова

Мартин слушает монотонные жалобы и чувствует, как его охватывает ярость.

— Хорошо, я тебе помогу, — прерывает он монолог Фт’ха, — отведу к доктору. Вставай!

— Да, доктор, — предсказуемо реагирует Фт’х, — мне нужен доктор.

Голосовой аппарат у него неплохо сохранился, дикция почти такая же чёткая, как у первых Фт’хов. Тех, кто сумел обмануть людей.

Мартин протягивает Фт’ху левую руку. Это классический приём — зомби уберёт одну руку, а если повезёт, то и обе руки от головы, и можно будет ударить его по шее.

Но этот Фт’х успел неплохо обучиться. Его руки по-прежнему обхватывают голову и заслоняют шею. Зомби начинает приподниматься с земли. Детей в таких случаях учили отступать подальше, но Мартин не ребёнок.

Он размахивается и бьёт Фт’ха диском по шее. Диск сначала попадает по запястью, и рука зомби отлетает в сторону. Затем в том же направлении катится голова. Вторая рука повисает на лоскуте кожи. Крови нет. У зомби её не бывает.

Теперь, когда опасность миновала, Мартин смог рассмотреть Фт’ха повнимательней. Почти все Фт’хи белые, и этот не стал исключением. В сообществе Мартина многие считали, что Фт’хами становились исключительно воспы, но определить по виду зомби социальный статус в бытность его человеком — это задача не из лёгких.

Однако Фт’х со свалки и правда оказался воспом. С руки его на асфальт упали золотые механические часы. Мартин поднял их и прочитал выгравированную на обратной стороне надпись:

«Сыну Энтони на выпускной».

Мартин положил часы в карман комбинезона на груди зомби. Вряд ли у Фт’ха остались родственники среди людей, но если остались, то часы помогут его опознать.

Створки продолжали свою заунывную песню, но никто больше не пытался имитировать их скрежет. Мартин дошёл до ворот, закрыл створки и примотал друг к другу цепью. Кроме Фт’ха, никто не успел пробраться внутрь, хотя в отдалении видны силуэты других зомби. Они услышали шум, пока он возился с ящиками, и начали двигаться в сторону свалки. Но это уже было не важно. С цепью они не справятся. Даже Фт’хи не сохранили никаких навыков работы с инструментами. Мартин бесшумно выбрался на дорогу и пошёл дальше на север.

Наташа достала из сумки бумажную салфетку и просунула руку между ветками шиповника, доставая находку. От неожиданного открытия привычная осторожность изменила ей. Острый шип впился между большим и указательным пальцами. Колючка оказалась на удивление прочной и не сломалась от движения руки, оставив на коже глубокую царапину.

— Растяпа, — прошипела Наташа сама себе, разглядывая окровавленные пальцы.

Кровь капала на листья шиповника, словно отмечая место находки. Девушка быстро переложила салфетку с предметом в правую руку, пока он не запачкался, и теперь неловко пыталась одной рукой запихнуть его в сумку. Вдобавок в боковом тупичке, ответвлявшемся от Базовой улицы, послышались громкие голоса — в её сторону направлялась весёлая компания. Сейчас предложат помощь, а потом по всей Темноглавке разнесётся история о «поющей в терновнике».

Наташе непременно требовалось сохранить своё открытие в тайне от широкой общественности. Она быстро направилась обратно к Издательству. Ощущение было такое, как будто на неё неожиданно свалилось новое задание. Но на этот раз история слишком близко её касалась. Не получалось отнестись к происходящему отстранённо и беспристрастно, как на настоящих заданиях. Только сейчас Наташа в полной мере осознала, что её прошлые миссии в других городах и странах, касавшиеся совершенно незнакомых ей людей, проходили без сучка без задоринки ровно потому, что это был не её мир и не её друзья.