Книга Я вернулся за тобой, страница 13 – Полина Довлатова

Прикусив губу, шарю взглядом по Мишиному лицу, пытаясь впитать в себя каждую забытую чёрточку.

И всё равно я до сих пор не осознала, что он уже мужчина.

У него на лбу между бровей образовалась небольшая морщинка, что говорит о том, что брат часто хмурится.

Не сдержавшись, поднимаю свободную руку и провожу кончиками пальцев по этой морщинке. Вторая всё ещё прижата к его груди.

Сердце в этот момент необъяснимо ускоряется, а по телу волной прокатывает волнение. Как будто я боюсь, что Миша не позволит мне его трогать, но этого не происходит.

Он продолжает сидеть неподвижно и смотреть мне в глаза, позволяя беспрепятственно себя касаться.

Я провожу подушечками по бровям. Спускаюсь вниз по прямому носу. Начинаю дышать всё чаще по мере того, как мои пальцы скользят по его лицу.

Когда дохожу до губ, я уже практически задыхаюсь. А сердце барабанит так сильно, что хочется надавить себе на рёбра, чтобы его успокоить.

Я дёргаю руку, лежащую на Мишиной груди, но он вдруг резко перехватывает моё запястье. Кладёт свою ладонь поверх моей и крепко прижимает.

Его гулкое сердцебиение мощными толчками бьёт мне в ладонь. И я вдруг понимаю, что холода от его тела больше не ощущаю. Оно вдруг неожиданно начинает казаться мне горячим.

Таким горячим, что этот жар переходит и на меня. Просачивается через кончики пальцев и медленно расходится по всему телу. От груди стекает к низу живота, заставляя меня машинально сжимать ноги.

— Я... — нервно сглатываю. — У меня тут вещей никаких нет... А платье, наверно, не высохло за ночь.

Сжимаю прижатую к его груди ладонь в кулак, проходясь ногтями по голой коже. Взглядом застываю на белых полосах, которые после меня остаются.

Пальцы другой руки по-прежнему касаются Мишиных губ. Я этого даже не замечаю. До тех пор, пока он мне не отвечает.

— Придётся пока что в моём походить. Чуть позже я решу этот вопрос.

Его губы размыкаются и кончик языка слегка касается подушечек пальцев. И я тут же отдёргиваю ладонь. Вместе во второй рукой, лежащей на мужской груди.

Сейчас он меня не удерживает.

— Тебе одеться надо, — почему-то вдруг сильно начинаю нервничать. Подскакиваю с постели и пячусь спиной к двери ванной комнаты. До тех пор, пока поясницей не упираюсь в металлическую ручку. — Я тогда пока тоже в душ. Ты... ты одевайся.

Резко разворачиваюсь. Распахиваю дверь и застываю на пороге ванной.

— Полотенце, — говорю, кидая взгляд за своё плечо. — Оно на тебе осталось. Я...

— Иди мойся, — перебивает. — Я занесу тебе новое.

Молча киваю и захожу в ванную комнату. Быстро скидываю с себя Мишину футболку, встаю в душевую кабину и вопреки всякой логике почему-то тоже включаю холодную воду.

Закрываю глаза, когда плотные ледяные капли бьют по телу и медленно тушат огонь внутри меня.

Маленькое пространство кабины быстро заполняется мускусным ароматом Мишиного шампуня.

Никогда не думала, что от простого запах мужского шампуня мою грудь будет разрывать от переизбытка эмоций. Даже не представляла, что такое возможно.

Это происходит на каком-то рефлекторном уровне. Как у собак Павлова, которые хотели есть, стоило им услышать определённый звук.

Я тоже хочу. Только сама пока не знаю чего.

Слышу, как с тихим скрипом открывается дверь. А потом тяжёлые мужские шаги. Миша принёс полотенце.