Онлайн книга «Няня для сурового папы»
|
Упираюсь лбом в Машин лоб и снова целую. Только теперь мягче. Хочу, чтобы она поцеловала меня в ответ. Чтобы я понял, что она тоже этого хочет. И она целует. Я сначала даже не понимаю этого. Настолько это крохотное ответное движение. Лёгкое пощипывание. Неуверенное, несмелое. Но и оно долбит бешеным импульсом по нервам. Вены начинает жечь, а мышцы на руках напрягаются от потребности сдавить её в объятиях. Изо всех сил сгребая остатки мозга в кучу, поглаживаю пальцем кожу на её плече. Чуть скольжу под лямку и оттягиваю вниз. Второй рукой протискиваюсь между нашими телами и сжимаю голое бедро. Чувствую, как из её груди вырывается шумный выдох и проникает мне в лёгкие. Маша резко дёргает ногой и притупляет поцелуй. Каждое моё новое касание почему-то вызывает в ней подобную реакцию. И если бы я не знал о наличии в её жизни чёртова Кирилла, то подумал бы, что её вообще никогда не касались подобным образом. Спускаю лямку платья ниже, пока мне на открывается доступ к лифчику, который я тоже оттягиваю в сторону. Стараюсь действовать осторожно и плавно, чтобы не напугать Машу. Она вся дрожит и будто продолжает сомневаться. Прохожусь поцелуями по груди, сжимаю её ладонями, вдыхаю запах кожи, от которого начинает припекать лёгкие. Маша чуть выгибается и судорожно вздыхает. Пальцами царапает мои руки. Затем удивлённо смотрит на меня, как будто поражается тому, что чувствует. Я не прекращая целовать её грудь и шею, рукой пробираюсь между ног, пока не чувствую пальцами край трусов. Мокрый край. Влага мигом покрывает мою кожу. Я растираю её о бедро и снова скольжу вверх к белью. В этот момент Маша пытается сжать ноги, но у неё не получается этого сделать, потому что я стою между ними. Прикусив её за нижнюю губу, продолжаю водить по мокрому белью пальцами, чуть надавливая, замедляя и ускоряя темп. По вискам шарахает от того, как Маша реагирует на каждое моё движение. В её глазах столько всего, что меня сносит. Оторвавшись от груди, возвращаюсь к её губам. Ловлю её выдох с моим именем, после чего всасываю язык и одновременно с этим отвожу край трусов в сторону, углубляясь пальцами в мягкую влагу. От пустых стен дома начинают отскакивать громкие стоны и хриплые выдохи. Кусаю её подбородок, плечи и грудь, ускоряя движение пальцами. Машины веки с трудом распахиваются, она приоткрывает рот и делает резкий, глубокий вдох, чтобы с криком выдохнуть, когда в мои скользящие между её ног пальцы ударяет пульсация. — Мы дома! — где-то из коридора раздаётся голос Андрея, а спустя секунду к нему присоединяется топот и детские голоса. — Чёрт! Быстро зажимаю Маше рот и, не убирая руку из трусов, вжимаю в себя, позволяя ей кончить. Она трясётся и дрожит, шумно дыша в ладонь, сжимая кожу зубами. В её глазах сверкают слёзы, а внутренние мышцы короткими пульсациями сжимают мне пальцы. Дождавшись, пока стихнет последний импульс, опускаю Машу со столешницы на пол и поправляю ей платье за секунду до того, как Андрей с девочками заходят на кухню. Глава 26 Маша Это что вообще такое было? Нет, естественно, я знаю, что именно это было, не совсем же я тёмная. Я в том смысле — это действительно было? Действительно случилось со мной?! Ноги до сих пор дрожат как у паралитика. Мне кажется, даже если я сейчас выпью пачку успокоительных, то трястись не перестану. |