Книга Няня для сурового папы, страница 139 – Полина Довлатова

— Хорошо, — выдавливаю нехотя.

Молодец, Маша. Навела осторожненько справки, наладила мосты. Филигранная работа, ничего не скажешь.

Вот кто меня просил переть как танк напролом? Я ведь всего лишь хотела осторожно поинтересоваться Мишиным отношением к гипотетическому переезду. А по факту начала переть на него как бульдозер со своими перспективами.

Дура.

— Ну что ты там пыхтишь, как недовольный ёж? Обиделась что ли?

— Нет.

— Ма-ша…

— Я же говорю, что не обиделась.

Рывок, и Миша переворачивает меня на спину, и не успеваю я даже пикнуть, как оказываюсь прижата к матрасу, с закинутыми за голову руками, а Бурый нависает надо мной, как огромная каменная скала.

Тяжело выдыхаю и машинально дёргаюсь, когда он проводит кончиками пальцев по моим рёбрам и животу, а потом поддевает резинку трусов.

— Кажется, кто-то сказал, что не собирается сегодня покушаться на мою честь.

— А я и не покушаюсь. Я просто тебя раздеваю… Чтобы в душ пойти, — улыбается этот гад. — Мы же не в белье будем мыться.

— Неужели голые?

— Именно так, Марья Алексевна. В абсолютном бесстыжем неглиже.

Тяжело сглатываю, когда Миша начинает медленно стягивать вниз моё бельё, и…

— Здесь кто-нибудь есть?! Медведи? — из глубины дома раздаётся голос Андрея, а следом топот маленьких ног на лестнице.

— Дядя Андлей! Ты плиехал!

Мы с Бурым одновременно подрываемся с постели, когда Тася с криками “папа, выходи!” начинает барабанить нам в дверь.

— Облом, Марья Алексевна, — выдыхает куда-то мне в шею, и в следующую секунду мои трусы натягивают мне обратно на попу.

— Совместный душ отменяется? — спрашиваю с надеждой в голосе, смотря на Мишу, который уже успел подняться с кровати и в данный момент натягивает на себя спортивные штаны.

— Размечталась, — едва успеваю словить свой свитер, которым он в меня кинул. — Переносится, Маша. Всего лишь переносится.

Глава 35

Миша

— Ну и? — нетерпеливо спрашивает Андрей, как только Маша, Нелли и девочки убегают чуть вперёд по тропе, по которой мы идём вглубь леса кататься на снегоходах.

— Что, ну и?

— Ты скажешь что-нибудь или так и будешь молчать?

— А что я должен сказать? По поводу?

— Ой, вот только идиотом не прикидывайся. По поводу тебя и Маши, разумеется. Вы вышли из одной спальни. Утром. Ты же не станешь меня убеждать, в том, что ночью вы там просто вместе уснули? Типо случайно.

— Мы там в нарды играли. Специально. Такой ответ тебя устраивает?

— Да ладно? Ну и кто кого победил и сколько раз?

— Иди в жопу, Андрей. Это не твоё дело, что мы там вместе ночью делали.

— Всё, понятно. Дальше можешь не объяснять, ты уже ответил на мой вопрос, — смеётся Андрей. — Ну а если серьёзно, то я за тебя рад. Так и знал, что эта девчонка тебе нравится. Ты с первого дня на неё засматривался.

Ничего не говорю. Вместо этого снова смотрю на Машу, которая в данный момент играет с девочками в снежки. Спрятавшись за деревом, кидает снежком в щёлкающую клювом Васю и, задрав голову, заливисто хохочет.

Ну детский сад же. А меня торкает. Так сильно, что хочется прямо сейчас подойти, перекинуть Машу через плечо и молча утащить обратно в спальню. И плевать, что ей пока ещё нельзя, я бы нашёл, чем с ней там заняться и как сделать так, чтобы нам обоим было приятно.

А от мысли, что для Маши сейчас каждое моё действие будет в новинку мне вообще крышу сносит нахрен.