Книга Короткими шагами, страница 85 – Яната Таян

— Привет, — хриплю я, пытаясь улыбнуться пересохшими губами.

Ян вздрагивает. Смотрит в глаза. Глубоко, прямо в душу. Натягиваю одеяло до шеи. На меня никто никогда так не смотрел. Я словно голая под этим взглядом.

— Поля… — выдыхает он.

Кира тут же подрывается, чудом не свалившись с кресла.

— Проснулась! Наконец-то! — Она подскакивает к кровати, шумно целует меня в лоб и тут же, спохватившись, косится на Яна. — Так, я пойду организую завтрак. И кофе. Ведра три. Нам всем надо… ну, в общем, я на кухню!

Она испаряется за дверью прежде, чем я успеваю вставить хоть слово.

Мы остаемся одни.

Я никогда не оставалась наедине с парнем в спальне. Что теперь? Где инструкция? Может, сделать вид, что я обратно провалилась в сон? Кира — предательница, я ей это припомню.

Ян молчит секунду, а потом пересаживается на край кровати. Осторожно прижимает меня к себе. Утыкаюсь носом в его шею, вдыхая знакомый, до безумия родной запах теплой кожи. Мой иронический щит и все мои заморочки мигом рассыпаются.

— Не пугай меня так больше, — шепчет он мне в волосы, и я чувствую, как сильно бьется его сердце. — У меня чуть сервер не лег от перегрузки, пока мы тебя искали.

Он слегка отстраняется. Его ладонь ложится на мою щеку, большой палец мягко гладит кожу. А потом он целует меня в лоб. Как Кира, только нежно. Обнимаю его крепко-крепко, чувствуя горячее дыхание. Мы оба здесь. Мы вместе.

— Собирайся, — тихо произносит Ян, заглядывая в глаза. — Я забираю тебя к себе. Будешь под моим присмотром. Я с тебя глаз не спущу.

— Ян, подожди. Я… я же хотела пожить у Киры.

— Почему? — спрашивает он, стараясь говорить спокойно, но я слышу напряжение в его голосе. — У нее однушка на пятом этаже без лифта, а у тебя нога… Полина, это нелогично. Тебе нельзя сейчас такую нагрузку. И вообще. Я буду рядом.

Я улыбаюсь, легонько глажу его по костяшкам пальцев.

— Послушай. Попытаюсь объяснить твоими словами. Моя жизнь сейчас похожа на зашифрованный файл, к которому я потеряла пароль. Тут, в доме Высоцких, я чужая девочка, с которой все нянчатся. Я им всем создаю проблемы. А у Киры я — это просто я. Та самая хромая сирота, которая живет тихо и старается никуда не влипать.

При словах «чужая девочка» и «хромая сирота» у Яна на секунду перекашивается лицо. Челюсть сжимается так, что проступают желваки. Он порывается открыть рот, но сразу глушит этот импульс. Делает глубокий вдох и тихо, но с каким-то странным, давящим упорством произносит:

— Ты не чужая, Поля. И уж точно не сирота для тех, кому ты по-настоящему дорога.

— Мне просто нужно время, Ян. Чтобы понять, кто я на самом деле. Кира — мой единственный мостик в ту реальность, которую я помню и понимаю. Она не будет смотреть на меня как на хрупкую вазу. Мне сейчас нужны ее дурацкие шутки и подгоревшие омлеты.

Ян долго молчит. Его взгляд снова становится «вычисляющим».

— Поговори с Высоцкими, им есть что тебе рассказать. А потом сделаешь так, как посчитаешь нужным. Я тебя во всем поддержу. Пока тебя не было, мы все с ума чуть не сошли. Я сто раз представлял, как закидываю тебя на плечо и увожу с собой.

Он снова притягивает меня к себе, утыкается лбом в мой лоб, а потом коротко целует в макушку.

— Но выбирать тебе.

* * *

Я откидываюсь на спинку дорогого дивана в гостиной Высоцких, чувствуя себя выжатым лимоном. Горло саднит — я только что закончила скармливать следователю свою версию побега. Каждое слово о том, как Михаил героически подобрал меня на обочине, довез до станции и купил билет, ложилось в протокол ровными строчками. Следователь верит или делает вид. Сухо кивает, захлопывает папку. Долго шепчется с Николаем и наконец-то исчезает.