Книга Измена. Финальный аккорд, страница 13 – Мари Соль

Куликов усмехается собственным домыслам.

— Чего не сделали бы? — я тяну эту ниточку. Так хочу, чтобы он продолжал говорить...

А Кирилл продолжает. Возвращает на место очки. И глядит на меня сквозь диоптрии. А мне почему-то так хочется снять их с него. Посмотреть ему прямо в глаза.

— Никогда не поступил бы так с вами, Ульяна, — завершает он мысль.

И мне кажется, что он говорит обо всём сразу. Об измене Артура. О Бэле, которую он подобрал. И даже о Марке, который меня отлюбил за двоих, сделав матерью. За всех мужчин, что когда-то меня обижали. И даже за того Юркиного приятеля, друга детства, который назвал «малолеткой», разбив моё детское сердце. За всех!

На глазах проступают слёзы. И мне так отчаянно жаль себя в этот момент. Куликов берёт с колен мою руку. Ослабевшую, вялую. Накрывает второй ладонью. И ей так тепло, так уютно. Как мне, в его белой «японочке».

— Всё будет хорошо, Ульян, — произносит он тихо.

Я, шмыгнув носом, киваю.

— Жаль, вам спиртное нельзя, — добавляет с улыбкой, — Но конфеты-то можно?

Вздохнув, говорю:

— Нежелательно. Я итак слишком много сладкого ем. А у ребёнка от этого может быть всякое. В общем..., - подумав, бросаю, — Давайте!

Кирилл помогает мне выйти. Доносит пакет до двери. Переложив коробочку с конфетами в мой.

— А как же вы, без угощения, в гости пойдёте? — уточняю.

— Да я сейчас по дороге, ещё в магазин заскочу, — машет он.

— Спасибо вам, — смущаюсь, смотрю себе под ноги.

— Ульян, — предлагает Кирилл, — А давайте на «ты»?

Я пожимаю плечами:

— Давайте... Давай!

— Вот и здорово! — подмигнув мне, Кирилл удаляется.

Я какое-то время смотрю на Тойоту. Затем, поставив пакет на лавку, ссыпаю содержимое конфетной коробочки в свой рюкзачок. Мама туда всё равно не полезет! А я спрячу добытые сладости в шкаф. Нужно же мне заедать чем-то её «бесподобное смузи»?

Я сижу перед зеркалом и замазываю тональным кремом засосы, оставленные Артуром. Это его метки на мне. И я бы оставила. Пускай все смотрят! Но я не могу. На работе меня не поймут. Коллектив у нас взрослый, серьёзный. Я там недавно работаю. И платят неплохо. На мебельной фабрике, в составе группы дизайнеров, рисую эскизы кухонных шкафов.

Конечно, я хотела бы делать персональные дизайн-проекты. Для каких-нибудь элитных домов, например. Тогда я бы ездила на заказы, на собственной маленькой машине. Одевалась бы в брючный костюм и носила с собой планшет с заготовками. И, наверное, в этом случае подходила бы Артуру куда больше.

Хотя, только взглянув на его Севастьянову, я поняла, что я лучше неё. Она какая-то... Не знаю! Простоватая что ли? Волосы вечно торчат, и улыбка без дела. Этот её наигранный позитив, он совершенно не подходит Артуру. Ему нужна женщина утончённая, изящная, тонкая. Вроде меня. Мне даже кажется, мы с его матерью чем-то похожи.

Я вспоминаю, как моя мама общалась с Идой Карловной. Она даже несколько раз приходила к нам в гости. Жаль, что сына с собой не брала! Мама рано ушла. А отец ещё раньше. Правда, кто мой настоящий отец, я так до сих пор и не знаю. Знаю от бабушки только, что мать изменила отцу, вот и всё. Но в глубине души верю, что папа, к примеру, был гением музыки. Какой-то заезжий скрипач, в которого мама влюбилась без памяти. Неспроста же я так музыкальна!