Книга Помнишь, я тебя любила? Забудь!, страница 104 – Инна Инфинити

С детьми очень весело. Они спорят между собой, подходит ли сюда конкретно этот пазл, и ни один из них не хочет уступать второму.

— Я твоя старшая сестра! — Кричит Арина на Даню.

— Ты старше всего на десять минут!

— Ну и что? Старше же!

— Дети, не ругайтесь! — Стараюсь сказать им построже, но все равно не могу сдержать смеха.

Глеб возвращается с собакой и, сняв верхнюю одежду, становится в дверном проходе в детскую. Смотрит на нас и улыбается. Наши с ним взгляды встречаются, и я улыбаюсь ему в ответ.

— Я там какао сварила. Будешь?

— Буду.

— Глеб, приходи к нам! — Кричит Даня.

— Сейчас приду.

Он возвращается в комнату с кружкой, опускается рядом на пол и присоединяется к нашему развлечению. У нас уходит часа два, чтобы собрать картину. За это время Арина и Даня еще не раз спорили, и Глебу приходилось выступать в их противостоянии арбитром. Но зато у нас получилась красивая сцена из знаменитого мультика, на которой Белль в желтом платье танцует с Чудовищем.

— Дурацкий мультик, — морщится Даня. — В следующий раз «Черепашек Ниндзя» давайте собирать.

— Сам ты дурацкий, — бурчит Арина.

Тут в комнату вбегает Чарлик и без зазрения совести проходится по картине, ломая ее.

— И на этой ноте, дети, вам пора спать, — заключает Глеб.

Через полчаса, уложив близнецов в кровать, я возвращаюсь в свою комнату и снимаю с батареи и дверц шкафов высохшую одежду. В дверь раздаётся тихий стук.

— Да?

Глеб появляется с моим новым лифчиком, висящим за лямку на его пальце.

— Чарлик грыз это у меня под кроватью. Полагаю, что твоё.

Я просто смотрю на кружевной бюстгалтер, покусанный собакой, и у меня уже даже нет сил ругаться и возмущаться.

— Мое. — Спокойно отвечаю и подхожу к Глебу забрать лифчик. И я даже не чувствую стеснения от того, что он видел мое новое белье. Вот вообще по фиг.

— Симпатичный, — ну конечно же, Мерзавец не может не прокомментировать.

— Спасибо за комплимент.

— Сегодня купила?

— Да.

— Как добропорядочный владелец недобропорядочной собаки, я должен компенсировать тебе материальный ущерб. Сколько он стоил?

— Не помню. Забей.

— Ладно, пойду завтра куплю тебе новый. Размер я запомнил. Спокойной ночи, Пироженка. — И уходит, закрыв за собой дверь.

Что??? Этот Мерзавец прежде, чем принести мне мой лифчик, покрутил его в своих руках и посмотрел размер на маленькой белой бирке сбоку?

Стою в афиге пару минут. Первый порыв — броситься за Глебом и высказать ему все, что я думаю, но я себя все-таки сдерживаю. А потом у меня и вовсе звонит телефон. На экране высвечивается «Саша», и я тут же забываю про Мерзавца.

На следующий день в воскресенье я не ставлю будильников, и, когда просыпаюсь в 12 дня, обнаруживаю возле кровати пакет из того магазина нижнего белья. Глеб все-таки купил съеденный собакой лифчик, как и обещал. Встал в воскресенье пораньше и, пока все спали, сходил в магазин.

Я решаю никак это не комментировать. Смысл с ним препираться? Проще сделать вид, что ничего этого не было. Я разговариваю по телефону с Сашей, как ни в чем не бывало, а потом, будто опомнившись, сообщаю ему, что еще в сентябре оплатила экскурсионную поездку в Питер на неделю и уезжаю в понедельник днем.

В трубке повисает мучительное молчание на несколько бесконечно долгих секунд.