Книга Помнишь, я тебя любила? Забудь!, страница 133 – Инна Инфинити

— Откуда ты знаешь, что он от меня ждёт шага?

— Катя! Он уже написал тебе на асфальте признание. Что еще, по-твоему, Глеб должен сделать? Звезду с неба тебе достать?

— Просто позвонить мне, мам!

— Так он же не знает, что ты его из чёрных списков достала! Он-то думает, что до сих пор у тебя везде заблокирован! Все, Катя, не тупи. И не беси меня.

Последние слова мама говорит раздраженно и со злостью, поэтому я встаю и ухожу в свою комнату. Там я обнимаю своего медведя и сворачиваюсь на кровати калачиком.

А что если они все правы? Что если Глеб ждёт звонка от меня? Они ведь признался мне в любви на весь универ, а я ему так ничего и не сказала. И ему ведь действительно неизвестно, что я вытащила его из всех чёрных списков.

Все последующие дни новогодних праздников я мысленно набираюсь смелости первой связаться с Глебом. От него по-прежнему нет ни весточки, что придаёт мне огромную неуверенность в себе. Он не выкладывает на своих страницах ни новых фотографий, ни новых записей, так что я даже не знаю, где он проводит праздники.

Числа так 6 января я решаю прощупать почву и позвонить нашей с Глебом общей знакомой — моей однокласснице Насте, которая учится на его факультете и с которой он когда-то спал.

— Алло, — звучит в трубке ее звонкий голос.

— Привет, Насть. Не отвлекаю?

— Нет, все нормально. Как дела? — Ей не удаётся сдержать легкого смешка, по которому я понимаю, что ей все известно о надписи на асфальте.

— Все хорошо. — Делаю вид, что не заметила ее смеха. — Ты как?

— Тоже в порядке. Ты что-то хотела?

— Да… — Я запинаюсь. — Я хотела про Глеба Яковлева узнать. Его отчислили, да?

Она снова смеется, на этот раз в голос.

— Слушай, Кать, это у нас на факультете уже просто мем. Плейбой Яковлев, который всегда использовал девушек только для одной цели — секса — влюбился, да так что аж на весь универ в этом признался. Чем он так перед тобой провинился хоть, что решил просить прощения таким образом? Мы уже чуть ли не тотализатор запустили и ставки начали принимать. Большинство ставят на измену. Он тебе изменил?

Господи… Она это серьезно? Они реально принимают ставки на причину, по которой я обиделась на Глеба?

— Нет, Глеб мне не изменял. — Лепечу в трубку.

— А что тогда?

— Да просто поругались из-за какой-то ерунды… Я уже не помню даже. И я обиделась на него, ну вот он и решил попросить прощения таким образом.

Настя опять смеется.

— Ну ты его конкретно окольцевала. Все девушки юрфака в шоке.

— Насть, а его отчислили, да? — Решаю наконец-то перейти к волнующей меня теме.

— С бюджета отчислили, а на платное перевели.

Я аж подпрыгиваю на своей кровати.

— То есть, Глеба не отчислили?? Он учится??

— На платном. Насколько я знаю, его хотели выгнать с концами, но ему каким-то образом удалось договориться, чтобы ему разрешили остаться на платном отделении. Ему ведь последний семестр до конца остался. Он заплатит за него и получит диплом.

Сердце забилось с удвоенной силой. Ну хотя бы так. Хотя бы не с концами.

— А дорого у вас обучение стоит?

— Ну а ты сама, как думаешь? Конечно, дорого. Но Глеб где-то нашёл деньги на последний семестр. Что-то около двухсот тысяч. Год, по-моему, около четырёхсот стоит, но я точно не знаю, я на бюджете. И это еще один мем на нашем факультете: Яковлев признался в любви за двести штук. Дорого ты ему обошлась, Кать, — и опять смеется в трубку.