Книга Тест на измену, страница 102 – Инна Инфинити

А вот агрессию, накатывающую волнами, я хорошо помню. И сейчас испытываю то же самое.

— Кстати, а почему ты поверил мне на слово? — зло выпаливаю. — Вдруг я тебя обманула и беременна от мужа?

Снисходительно смеется.

— Я читаю тебя как открытую книгу. Забыла? И я прекрасно знаю, как ты себя ведёшь, когда врешь. Мне даже анализ ДНК не надо делать, я знаю, что ты беременна от меня.

— Да пошел ты! — срываюсь на крик.

— Да, я пошел, мне пора. Если что-то потребуется, звони.

На этом Паша равнодушно выходит из палаты, оставляя меня глотать слезы обиды.

Утром медсестра приносит мне большую вазу с цветами. Нежно-розовые пионы благоухают на всю палату, поднимая настроение. В цветах нет записки, но я знаю, что они от Паши. Только он дарил мне пионы.

Не очень понимаю, зачем Севастьянов прислал мне букет. Прочитал в интернете, что беременную девушку нужно радовать, а не расстраивать?

Если отбросить эмоции и гормоны, то у меня нет поводов обижаться на Пашу за его слова. Во-первых, он не сказал ничего нового. Паша еще до беременности объявил, что не хочет со мной быть, хоть и любит до сих пор. Почему после объявления о будущем ребёнке его мнение должно было измениться?

Во-вторых, вчера Паша, безусловно, был в шоке. Не только он читает меня как открытую книгу, я тоже кое-что о нем помню. Когда я сказала Паше о беременности, у него был точно такой же вид, как и семь лет назад, когда я призналась в измене. Ну, то есть, абсолютно растерянный и шоковый.

В-третьих, Паша сам по себе строг, холоден и прямолинеен. Со всеми людьми. У него нет опыта общения с беременными, он вряд ли знает о бушующих гормонах и необходимости создавать благоприятную обстановку.

Расстроила ли меня прямолинейность Паши? Да. Обижаюсь ли я на него из-за этого? Нет.

Сейчас мне нужно думать о ребёнке, а не лелеять уязвлённое самолюбие. На самом деле глупо с моей стороны надеяться на воссоединение с Пашей после предательства и измены. Это так же глупо, как если бы Рома надеялся на воссоединение со мной.

Новость о моей беременности разлетается быстро. Уже в одиннадцать часов мне звонит сестра Паши. Марина взволновала, растеряна, удивлена.

— Вы с Пашей снова вместе? — изумляется.

— Нет, мы не вместе. Я просто от него беременна.

— Но как…?

— Тебе рассказать, как делаются дети? — отшучиваюсь.

— Боже мой, Арина, я не могу поверить!

— Я тоже.

— Мы думали, у Паши никогда не будет ребенка!

А вот тут я настораживаюсь.

— Почему?

— Ну, он после вашего разрыва не хотел ни с кем семью, менял часто девушек, ни с одной долго не задерживался.

— Так мы и не создаём семью. Я просто беременна. На этом все.

Марина шумно дышит в трубку. Я через телефонную связь чувствую ее невроз.

— Арин, я просто хочу, чтобы ты знала: наша семья очень рада ребенку, — говорит после паузы.

Опускаю веки и медленно-медленно выдыхаю. После того, как я обошлась с Пашей и всей его семьей, слышать такие слова от Севастьяновых — как луч света в конце тоннеля.

— И, знаешь, кажется, Паша тоже рад, — осторожно добавляет. — Ну, то есть, он, конечно, растерян и в шоке, но… — запинается. — В общем, я знаю своего брата, как никто другой. Он рад, Арин.

Долбанные гормоны. Теперь во мне разыгралась сентиментальность, и я лью слезы.

— Спасибо, Марина. Мне очень-очень приятно.