Книга Срочно выйду замуж, страница 76 – Инна Инфинити

Федя и его приятели глядят на меня сверху вниз, как на маленькую моську, которая решила полаять на слона. Федя демонстративно затягивается.

— Не кажется, — выпускает мне в лицо вонючую струю дыма и кивает головой в сторону тех, кто тушит пожар. — Твой муженек пускай попотеет.

Друзья Феди громко ржут, как лошади. Нет, кто-то должен поставить Федю на место.

— Однажды ты за все заплатишь, — обещаю грозно, а затем делаю немыслимое: набираю полный рот слюны и плюю в наглую хамскую Федину рожу.

Глава 45. Еще одни родственники

— Ой, что же нам теперь делать? Как же нам теперь жить! Ооооой-ой-ой, горе, — схватившись за голову, тетя Люба ревет белугой на нашей кухне.

Рядом с ней сидят заплаканная Аня в грязном свадебном платье и хмурый Федя. Мда, не такого окончания банкета все ожидали. Я гляжу на Антона. Его лицо покрыто сажей, правая рука в двух местах обожжена. Как он меня заверил: не сильно. Но он периодически прикладывает к ней холодный компресс.

— Давайте посмотрим на это с другой стороны, — предлагает папа. — Дом удалось спасти! Вам есть, где жить!

Папа определенно рад, что тете Любе есть, где жить.

— Так он весь водой залит! — восклицает тетя. — Там вся мебель плавает! Это же мне теперь ремонт делать придется, — опять хватается за голову.

— Ну вам же надарили деньги на свадьбу, — вставляет мама. — Вот сделаете на них ремонт. И без пожара давно пора было его сделать.

— Мы на эти деньги хотели с Федей на море поехать, — всхлипывает Аня. — Я никогда не была на море.

— Федя еще заработает вам на море, — многообещающе говорит папа. — Здоровый тридцатилетний мужик, голова на плечах есть, руки-ноги целы. Самое то, чтобы работать.

Федя зыркает на папу недобрым взглядом.

— Давайте просто порадуемся, что все остались живы, — предлагает Антон. — Ремонт со временем сделается, мебель купится. Главное ведь, что никто не погиб.

Но почему-то злосчастная троица не спешит радоваться. Тетя Люба и Аня продолжают плакать, размазывая по лицу праздничный макияж. Федя сидит с видом «как-же-я-все-это-ненавижу».

Я беру у Антона полотенце, снова смачиваю в холодной воде, отжимаю и подаю ему, чтобы приложил к обожженной руке. Следом беру второе полотенце и опять мочу. Протираю ему лицо от сажи. Затылком чувствую, как Федя за нами наблюдает. Плевать. Я люблю своего мужа и хочу за ним ухаживать. Через пару минут я увожу Антона в свою комнату. Не знаю как родственнички, а лично я очень рада, что никто не погиб. Особенно Антон и папа, которые тушили пожар наравне с пожарными. Когда мы оказываемся с мужем наедине, я крепко его обнимаю.

— Я очень за тебя боялась, — шепчу.

Антон обнимает меня в ответ. Я чувствую, как он улыбается мне в шею.

— Знаешь, я уже домой хочу, — продолжаю. — В Москву.

— У нас послезавтра самолет. — Затем смотрит на часы на стене. Они показывают 00:10. — То есть, уже завтра.

Я не знаю, что между нами будет, когда мы вернемся в Москву. Мы не обсуждали. В Николаевке у нас все идеально, мы влюблены, каждую ночь растворяемся друг в друге. Антон много раз говорил, что испытывает ко мне чувства с первого курса университета. Но что дальше? Мы вернемся домой и...? Меня охватывает чувство неизвестности, мне становится страшно. У нас был уговор: после возвращения из Николаевки разводимся. Уговор еще в силе?